Опасные партнёры

Но даже они так запросто не будут раздвигать ноги перед первым встречным.

Молчу, сказать нечего. Не хочу оправдываться. Не стану же с пеной у рта объяснять, что до похода в клуб было два года воздержания. Мне необходимо было что-то изменить в моей жизни, выбраться на волю из клетки, в которой я очутилась, раскрепоститься, снова почувствовать себя женщиной. И после четвёртого коктейля и пары поцелуев красивого незнакомца я буквально улетела.

– А на работе изображаешь из себя скромную девочку? – продолжает допрашивать Богдан.

 – В офисе ты вся такая правильная, да?

– В офисе я работаю вообще-то, – пожимаю плечами. – Почему вы сразу мне не сказали, что в клубе были вы?

– Было прикольно понаблюдать, как ты дёргаешься, – усмехается Одинцов. – Бегала по отделам, расспрашивала, нет ли у меня брата-близнеца. Глазками хлопала удивлённо.

Вот же гадёныш!

– У вас была временная тату?

– Да.

– Жаль, что постриглись… отрезали хвост, – тихо бормочу я. – Красиво было…

– Сейчас не нравлюсь? – Очередная усмешка.

Молчу, но смотрю прямо ему в глаза. Ведь это он, он – тот самый мужчина, который доставил мне невероятное блаженство. Я знаю, какое великолепное тело скрывает этот зелёный джемпер, знаю, какая шелковистая у него кожа и твёрдые мышцы.

Не дождавшись ответа, Богдан поднимается с кресла и пересаживается на кровать рядом со мной. Кладёт тяжёлую ладонь сзади мне на шею, поверх волос, потом собирает их в кулак, фиксируя голову, и проводит носом по моей щеке, втягивая воздух. Он как будто зверь, который изучает жертву.

Я не шевелюсь, однако грудь под тонкой шёлковой блузкой сразу же заныла, отяжелела, искорки возбуждения побежали вниз по позвоночнику. Богдан рядом, он привалился ко мне боком, такой большой, горячий…

Он кладёт вторую руку мне на живот, от его запаха и прикосновений всю меня обдаёт жаром. Я помню, как неистово он двигался внутри меня, это было прекрасно. Голова кружится, в глазах темнеет. Я в капкане, не могу отодвинуться, встать… Но даже если бы Богдан не держал, я бы сейчас не пошевелилась.

Плавлюсь, как свеча, ощущая его лёгкие поцелуи на щеке. Он тянет за волосы, заставляя выгнуть шею, и целует в изгиб, а потом добирается до уха и обводит раковину языком.

Изо всех сил борюсь с собой – чтобы не реагировать, не стонать от удовольствия. Моё тело уже знает этого мужчину, он великолепен, он настоящий виртуоз. Да, тело всё помнит, и оно немедленно отзывается. Но остатки здравого смысла заставляют сопротивляться.