Кот и тени. Сборник новелл и сказок

Перед скользнувшим по опушке взором, предстал на миг стройный стан красотки, ожидавшей его ввечеру, ничего общего не было у нее с прелестной сестрою оскорбленного юноши, чья еще по-девичьи свежая прелесть скоро, должно быть, увянет, ведь слезы пагубны для девичьей красы. Вокруг прелестного ротика залягут глубокие складки, а золото волос потускнеет, глубокие ярко-синии глаза поблекнут… Но нет, по своему она была чудо как хороша! А этот несностный юнец теперь строит из себя добродетельного брата, словно не он, выпрыгивая на днях из окна какой-то маркизы, сломал несколько розовых кустов в саду.

Лицо мужчины скривилось в усмешке.

– Сходитесь! – Мысли прерваны, но ничего, к раздумьям можно вернуться и позднее. Молодой человек, весь дрожа, едва сделав несколько шагов, спустил курок, пуля пронзительно свистнула, и его изумленный противник упал на траву.

– Убит? – в изумленьи вскричали оба секунданта. О нет! С усмешкой мужчина поднялся с влажной травы, нет, его время придет не скоро, он знал, он чувствовал это, и когда оно придет не шальной пуле, пущенной испуганным мальчишкой, суждено будет прервать его земной путь.

– Я бы дал Вам совет, мой юный друг, – его голос, лишенный выражения, холодный и бесстрастный, резким звоном резал слух онемевшего от смешанного чувства страха и удивления юноши. – Никогда не стреляйте сгоряча, да боюсь, совет мой уже Вам не поможет.

Он взвел курок и медленно поднял пистолет, дуло сверкнуло солнечным бликом, в ушах юноши гулким и четким ритмом застучала кровь.

 – Жак! Жак! Нет! – слышал он откуда-то издалека. Вспугнутые птицы поднялись над лугом, заржали лошади. А мужчина бросил пистолет на траву, отвернулся, вскочил на коня и умчался прочь, к ожидавшей его скучающей даме, ведь близился вечер, должен быть бал. Жак остался лежать на траве, еще влажной от дождя, он не знал смерть ли это, но все подернулось какой-то сумрачной дымкой, только солнечный зайчик играл на дуле пистолета. Жак еще вернется в нашу историю много времени спустя, его кристалл запомнит. Но никогда не смог бы этот робкий юноша пробудить дремавшую в камне могучую силу, укротить и заставить ее огонь гореть ровно и ясно.

– Как ты прекрасна сегодня! – зарываясь в облако огненных волос, прошептал девушке ее возлюбленный, совсем забывший уже и о сестре Жака, и о страстной красотке, к которой умчался в ту ночь.

– Только сегодня? – надув губки, протянула она.