Свистушка по жизни. Часть 2

Я вышел из зала последним – там оставались только осужденные, ректор и маг Тавис, которые должны были заблокировать магию. Что ж, тут мои дела окончены – пора возвращаться к Полине, проверить, не проснулась ли она, а заодно, кем она стала.

Однако, выйдя из здания, я увидел всю ту же толпу. Не понял – они что, все это время тут стояли и ждали? Они не слышали заседания?

– Эй, парень! – крикнул кто-то. – Ну что там? Осудили виновных?

– Да. – слова сами собой вырвались, я даже не успел подумать над ответом, а главное вопросом – а где, собственно, все остальные, присутствующие на заседании.

– И че?

– Всем виновным будет навсегда заблокирована магия, и они сосланы на рудники Пирасы, пожизненно.

– Аристократы тоже? – кто-то недоверчиво уточнил.

– Не аристократы невиновны, они были загипнотизированы. – пояснил я.

– Девки – и на рудники? Таскать камни?

– Женщины там камни не таскают. – произнес я и дал всем додумать мою мысль и прийти к верному пониманию наказания. Не все сообразили сразу, но самые находчивые тут же шепотом распространили мысль.

Кто-то глумливо захохотал, кто-то радостно потер руки, ну а были и такие, кто пожалел девушек, но в общей массе народ был доволен наказанием.

– А ты уверен? – громко кто-то крикнул. – Уж больно не верится в такое.

– Я сам был на суде и лично слышал приговор господина Оттиса.

– А как тебя пустили?

– Вы – друг нашей феи? – прозвучал откуда-то детский голосок.

– Лучший. – подтвердил я, хотя очень хотелось заявить о большем.

– Вы – ее вампир? – не унималась девчушка.

– Да. – подтвердил я, давая им по-новому взглянуть на меня.

Все же, простые жители Стевории не знали меня в лицо. Впрочем, так могло и оказаться, что и не каждый бедняк Вампиреи знал, как я выгляжу. Шепоток узнавания и запоминания пробежал по толпе, и теперь каждый работник Полины знал меня. Это было несомненным преимуществом.

– Вы позаботитесь о нашей фее? – пропищала какая-то малышка.

– Сделаю все возможное. Клянусь. – искренне пообещал я.

Мужики довольно потерли руки, женщины умилились, а дети закричали от радости. Откуда-то сзади в воздух поднялась сверкающая икорка, которая поднималась все выше и выше, разрастаясь в размерах и превращаясь в странную птицу с длинными перьями и огромным хвостом, которая парила над стоящими под ней, и с ее перьев при каждом взмахе сыпались яркие искорки, которые превращались в листья при касании чего бы то ни было. Феникс! Я вспомнил, как Полина называла такую птицу.