Свистушка по жизни. Часть 2

Мысли, образы, воспоминания перемешивались в моей голове, перескакивая с одного на другое, но вместе воедино они собирались, образуя тот самый кокон чувств, который мне так дорог, который мне дарит тепло и придает сил.

Глава 3. Другими глазами

…Лето уже подходило к концу, до начала учебного года я считал уже не то что дни, а часы. Родители, панически боясь, что меня в дикой людской стране убьют, не взирая на договоры, пакты, договоренности и обязательства, не разрешили мне, как другим первокурсникам отправиться на практику.

Даже в своей родной стране, где мне предстоит править в неопределенно далеком будущем! Вот как, скажите на милость, я должен знать о проблемах своих сородичей, если дальше родового замка, способного выдержать даже атаку драконов, ничего не вижу! И почему отец, король, когда сам был наследником, разгуливал по столице в любое время дня и ночи? Я тоже с охраной, между прочим! Нет, я все понимаю, мама – она всегда мама, она боится за единственного ребенка, но зачем настолько паниковать? Я мужчина, причем маг, я могу за себя постоять! И делаю это регулярно, особенно когда это касается выдворения из моих покоев ее фрейлин и прочих дам, праздно шатающихся по нашему замку в надежде заполучить меня. Или они – тоже моя охрана? Я не домосед! Да, я осознаю меру ответственности перед своим народом и постоянно присутствую на всяких собраниях, заседаниях, переговорах и прочих нужных для страны диспутах. Но я не железный! Моим мозгам и телу тоже нужна разрядка. А магии – практика. Как я был счастлив, когда придворный маг Цезий согласился с моими доводами и уговорил родителей отпустить меня в Стеворию на обучение. Мама хоть и наотрез отказывалась, плакала, кричала, била вазы, демонстративно отказывалась появляться где бы то ни было с отцом вместе, но ей пришлось согласиться, когда отец королевским решением сказал, что я еду. Потому как он хочет и дальше жить в крепком замке, а не бояться, что однажды я не справлюсь со своими силами, и мы окажемся первыми бездомными королями. Мама вновь тогда пожелала что-то сказать, но отец, вусмерть уставший от наших постоянных скандалов и баталий, сказал, что если она еще хоть слово против скажет, то он втрое сократит штат ее фрейлин, а оставшимся урежет сумму проживания по максимуму. Маменька поджала губы, но и слова против не сказала. Весь замок вздохнул спокойно, все были счастливы. Я – потому что отправлялся надолго в соседнюю страну подальше от давивших родителей.