DS: Откровение

Звуки, запахи, чувства – всё ушло на задний план. Я летела на свет, не ощущая своего тела.

* * *

Пронзительная боль прожгла сознание раскалённой спицей. Мотнув головой, очнулась от забытья. Сквозь мутную пелену слёз проступало тёмно-красное пятно. Я подняла голову: мама стояла возле плиты, и на её лице чётко читались ужас и непонимание.

Белые осколки фарфора яркой россыпью лежали на столе и полу. Холодный кофе растёкся лужицей по столу и мерно капал мне на колени. Грудь тяжело вздымалась, в руке я сжимала остатки ручки, острые края впивались в кожу, и горячая кровь капала на стол.

– Ненавижу… ненавижу… ненавижу… – губы почти беззвучно говорили одно и то же слово.

Хотелось кричать, ломать, рвать, бить. Это была квинтэссенция чистого гнева и ярости. Меня даже потряхивало. Внутри клокотало и кипело нечто.

Толкнув стол, размазывая слёзы окровавленной рукой, рванула в ванну. Сердце стучало как сумасшедшее. Я просто задыхалась, воздуха не хватало.

Ненавижу себя.

Эта мысль оказалась такой очевидной.

Сидя на краю ванны, промывала ладонь под тёплой струёй воды.

Как же я ненавижу себя…

В дверь постучались.

– Да.

– Ты в порядке? – голос мамы напоминал мне шелест сухой травы.

– Жива, – резко ответила, вывернув ручку крана до упора. Шум воды заглушил её ответ.

Жива. Словно заведённая, я твердила и твердила себе это короткое слово. Меня как прорвало. От солёных слёз опухли веки, глаза горели огнём. Всхлипывая, умылась, но легче не стало.

Скинув растянутую старую футболку на пол, вместе с шортами и нижним бельём, залезла под душ. Упругие струи горячей воды расслабляли и согревали моё разбитое тело. Я оперлась на холодную кафельную стену обеими руками и опустила голову. Вода стекала по волосам, смешиваясь со слезами.

Это всё реально? Всё, что произошло?

Пошевелила пальцами ног. Вода мерно плескалась.

Реально.

Буря внутри разыгралась не на шутку. Кусая губы, яростно моргала, прислушиваясь к себе.

Мне бы никто не поверил. Ведь в чём-то он был прав…

От этой мысли хотелось утопиться. Но одно лишь воспоминание об Олеге всколыхнуло нечто, отчего я бежала и задавливала в себе всеми силами.

Рука сама потянулась к низу живота. Всегда в такой момент во мне боролись стыд и страсть, обычно побеждал первый. Но не сегодня. Мне хотелось потушить тот предательский огонь, что медленно разливался по венам.

Пальцы сами тянулись к самому сокровенному.