Блондинка и два брата-аристократа

Он убрал руку, мол, успокоилась – и хватит с тебя приятностей.

А голос у него такой убаюкивающий. Пусть говорит, а я просто полежу с закрытыми глазами. Дмитрий продолжал рассказывать. После устройства камина он начал говорить про войну между магами: одни выступали за магию в чистом виде, другие – за магическую индустриализацию. Как ни странно, победили те, что за магию без технологий.

Интересные сказочки на ночь.

Я переспала ночь со своим будущим боссом под разными одеялами. Только ночью мне показалось, что меня прижали к чему-то теплому.

И это был не камин.

* * *

Огонь все еще горел. Солнце осветило комнату: ободранные стены, пол в глубоких и не очень трещинах, сломанный шкаф без дверцы. Видно, что тут действительно давно никого не было. Посмотрела на растрескавшийся потолок. Штукатурки не было, но виднелись трещины, из которых сыпалась и в лучах солнца танцевала пыль.

Как я в темноте не угодила в дыры – без понятия.

Я в другом мире. Вчера это казалось какой-то нелепицей, несуразицей.

А сегодня все сошлось в голове. А рядом никого. Дмитрия нет. Только я накрыта вторым одеялом, сохранившим тонкий аромат его парфюма.

Казалось, весь дом замер в тишине.

Никаких приказаний или указаний мне не оставили, а потому с чистой совестью я могу ничего не делать. Почти ничего.

И – о чудо! – даже ванная комната тут есть, смежная со спальней. Ванна огромная, на бассейн похожая, и постамент с сидушкой, будто трон с поднимающейся крышкой. Рядом небольшой рычажок.

Грязные дела сделаны и спущены.

Хмм, может, ванну принять?

Я покрутила какие-то рычаги возле ванной, но ничего. Ясно – воды нет.

Услышала булькающий звук – из крана потекла вода. Вспомнив про чудное озеро, я бросила под струю деревяшку. Та упала на дно ванны. Я сняла пиджак и смочила рукав – тоже ничего. Значит, попить немного можно. Подставила руки лодочкой, ощущая ледяную прохладу. Все, жить можно.

Еще бы найти, как воду переключать. Ладно, спрошу Дмитрия. Они же вернутся?

Нет, они ушли в нормальный дом с нормальными целыми стенами и потолками.

И едой. Ничего, у меня есть вода. Выживу.

Я решила заняться уборкой. Все-таки находиться в пыльной комнате не очень приятно. Простыни жалко, их нужно вернуть хозяину паба, но, вспомнив, как он меня называл, делать это перехотелось. Я сняла покрывало с кровати. Его тоже оказалось жалко – красный бархат, приятно скользивший в руках. Такую ткань на тряпку половую грех пускать. Вначале вытерла пыль.