И только море запомнит

Он берется ладонями за позолоченные ручки, чуть задерживает на них взгляд, обводя большими пальцами выпуклые завитки – мощь «Приговаривающего» наводит страх, но богатство некоторых помещений и кормы заставляет восхищаться, – прежде чем отворяет стеклянные двери и выходит в небольшой коридор, затем – на верхнюю палубу.

Громкое, нестройное и хриплое пение матросов стихает, как только кто-то замечает, что Кеннет проходится по палубе. Упаси господь провоцировать лорда, когда он не в духе. Бентлей осматривается по сторонам.

Работа кипит вовсю: та самая работа, которую Кеннет сам когда-то выполнял, тяжелая, изнуряющая, неблагодарная и плохо оплачиваемая. Налаживать такелаж, драить пемзой и без того чистую палубу, чтобы доски не рассыхались, работать на помпе в трюмном аду, стоя в воде по колено.

Теперь он выше этого. И может позволить себе просто наблюдать, когда другие работают. Вот преимущество богатства и престижа. Довольная улыбка озаряет лицо Бентлея. Но от размышлений его отвлекает грохот незнакомых орудий.

Далеко, но это уже что-то интересное в этом приторно-спокойном дне.

– Лейтенант Джонс, – Кеннет подзывает к себе офицера скупым движением двух пальцев. Бентлею даже не нужно задавать вопрос, чтобы на него четко ответили.

– Пушки, сэр. Не меньше полутора миль отсюда.

Он хочет задать вопрос, уточнить, кто же решил устроить в этих водах битву, но его опережают:

– Милорд! «Авантюра» поворачивает! – передают матросы из «гнезда».

Этого еще не хватало. Он желал, чтобы произошло хоть что-нибудь за сегодня, но уж точно не побег наглой ирландки, о которой он размышлял несколько минут назад.

От нее можно ожидать любых неприятностей, хотя Кеннет и допускал, что Моргана имеет благоразумие. Видимо, тут он ее переоценил и польстил ей своими домыслами. Бентлей отталкивается от фальшборта, грозно поднимается на капитанский мостик. Полы изумрудного камзола – цвет амбиций – вздымаются вверх при повороте на пятках. Мужчина складывает руки за спиной, отдавая приказ экипажу:

– За ней.

Приготовиться к залпу с борта… если эта чертовка решила предать меня. Я убью ее.

Очень глупое решение со стороны О’Райли.

Гнев не затуманивает разум, однако Кеннет не позволит своей добыче так просто ускользнуть из лап. Едва он дал ей свободу, как второй раз слышит то о пропаже, то о том, что корабль хочет уйти. Если Моргана и дальше продолжит подобным образом себя вести, Кеннет четко напомнит ей, кто она такая и где ее место. Но сначала, конечно, догонит.