Дерзкая овечка, или Как охмурить своего босса

– Пусть так! – упрямо мотнула я головой. – Зато я смогу наконец-то жить спокойно, если буду знать, что Андрюша там, наверху, на меня не сердится. Что он прощает меня и не думает, будто я предала его память. Ну пойми ты: мне просто необходимо перевернуть эту страницу. Иначе не будет мне покоя – за четырнадцать лет я в этом уже убедилась!

– Ага, – Ольга вновь усадила сына в стул и сунула ему в руки погремушку, – если только сохранишь способность к передвижению. Лер, ты меня прости, но я должна тебе об этом сказать, – подруга прижала руки к груди, – мне кажется, ты просто боишься жить.

Боишься вновь ощутить радость, подпустить к себе кого-то близко. Я понимаю, Андрей был твоей первой любовью. Но четырнадцать лет прошло! Его нет, смирись с этим, двигайся дальше. Что у тебя с этим… С последним… Как его там, Лешей, кажется. – Ольга наморщила лоб.

– Кажется! Вот именно, что тебе кажется, – прокричала я, вновь напугав ребенка, о чем тот сообщил миру громким воплем.

– Прости, пожалуйста, – обратилась я к Степану, – ну, не плачь, не плачь, – опередив Ольгу, я подхватила младенца и прижала к себе.

От малыша пахло молоком, детским шампунем и чем-то еще – тем, чем обычно пахнут маленькие дети. Втянув носом его аромат, я сглотнула подступивший к горлу ком и, повернувшись к подруге, проговорила:

– Оль, не только ты с трудом вспоминаешь имя моего последнего мужчины. Я тоже его почти не помню. Впрочем, как и его предшественников. Разве что только тех, с сайта знакомств, помнишь? Да и то только потому, что типы уж очень забавные.

А со всеми остальными – совершеннейшая пустота в голове и в сердце. Вакуум, понимаешь?

Степан намотал на кулачок прядь моих темных волос и пребольно за них дернул. Я поморщилась и попыталась высвободить локон из цепких пальцев мальчишки, пока тот не оставил меня без скальпа. Не тут-то было! Ольгин сын весь в мамашу – хватка бульдожья.

– Лер, это потому, что ты даже не дала им шанса! Ты, как улитка, прячешься в свой домик из горя и скорби. Пойми, люди, которые вместе десятилетия прожили, быстрее смиряются с потерей, чем ты, которая провела с Андреем вместе всего ничего.

Что ты, как Кончита по Резанову, носишь траур по парню, которого даже толком и не знала? Ты уж меня прости… – я поежилась под колючим взглядом подруги, – …но мне кажется, тебе это просто удобно, ведь реальные отношения – они всегда непростые. Не сомневаюсь, проведи вы с Андреем лет пять вместе, его романтический образ претерпел бы серьезные изменения.