Изгой. Истерзанные крылья

Наверно, я выглядел сейчас как великан, забравшийся в пряничный домик себе не по размеру. Словно в такт моим мыслям, Эстель сказала:

– Сними, пожалуйста, обувь и куртку. С тебя уже целая лужа натекла.

От этих слов я почувствовал себя еще более неловко. Мне здесь было не место. Я покачал головой:

– Мне лучше уйти.

– Почему? Я не кусаюсь.

Предположение, что эта кроха могла бы накинуться на меня с целью покусать, позабавило. А ещё неожиданно взбудоражило фантазию. Я невольно представил, как её зубки игриво покусывают мою кожу, а пришедший им на смену язык медленно поглаживает место укуса, и мгновенно напрягся.

С тех пор, как я стал следить за этой девушкой, мои мысли слишком часто принимали опасный оборот.

– Зато кусаюсь я.

Я хотел, чтобы это прозвучало предупреждающе, но вдруг обнаружил, что улыбаюсь. И это было так странно, что само по себе являлось весомой причиной для того, чтобы уйти отсюда немедля. Я взглянул на нее исподлобья, собираясь попрощаться, но она меня опередила, повторив просьбу снять куртку и обувь.

И в итоге я сделал то, что умел лучше всего – если не считать, конечно, искусства боя – подчинился.

Но ей, кажется, было этого недостаточно. В голосе прозвучал упрек, когда она спросила, как я могу оставить её после того, что случилось, и тревога, когда она сказала, что я ранен.

Я внимательно следил за её реакцией, когда стирал с лица порез. Моё тело, как и у любого представителя моей расы, обладало способностью к быстрой регенерации. Это качество, в числе прочих, было одной из причин, по которой именно айраниты являлись лучшими воинами в Шезгарте.

Элитные убийцы, элитные стражи… элитный товар. Именно товар, произведенный на свет только для того, чтобы служить тому, кто может себе это позволить.

– М-м-м, ясно, – сказала наконец Эстель.

Я поймал себя на том, что очень хочу знать, что же именно ей ясно. Но мне было не положено задавать лишние вопросы – впрочем, как и отвечать на них.

На всё, что спрашивала Эстель, я отвечал кратко, словно воздвигал этим невидимую стену между нами, в наличии которой нуждался в первую очередь сам.

Когда Эстель спросила, не голоден ли я, неохотно признался:

– Немного.

На самом деле, последний раз я ел ещё вчера. Обычно в середине дня выделял пару минут на то, чтобы быстро купить еды в бистро неподалеку от магазина Эстель, после чего возвращался на свой наблюдательный пункт, где наскоро поглощал добытую пищу. Отлучаться надолго я позволить себе не мог.