Измена. У меня появилась другая

Я попытался её выпроводить. Отвлёкся на какую-то ерунду, она за это время наделала что-то с моим телефоном и, вытащив ключи, поехала к тебе.

Он говорил это настолько быстро и заученно, что у меня не осталось сомнений – Илья всё продумал до мелочей. Что в словах, что в действиях. Мне не оставалось ничего иного, как играть по этим же правилам. Хитрить, изворачиваться, обмозговывать каждый шаг.

– Какая коварная женщина! – восхитилась я, покачав головой снова. – На этом описание твоего испытательного срока завершено?

Я смотрела на Калугина прямо.

Он – хлопал глазами, глядя в ответ. Искренне не понимал, чего я от него хочу, оставляя мне вновь и вновь один и тот же вопрос: неужели я не замечала, с кем живу все эти годы?

– Что тебе нужно ещё? Кристина больше в поле зрения не появится. Её ребёнок для меня ничего не значит. Я отпишу всё Ване. Я сделаю всё, чтобы быть с вами и дальше. Цветы, подарки, путешествия… Я стану приезжать домой вовремя даже если у меня море работы. Я буду звонить тебе каждый час и отчитываться о том, где я, что и как.

Что ещё тебе нужно, Ириш, м? – спросил Илья, перечислив то, что, по его мнению, являлось признаками человека, желающего исправиться.

– Мне ничего не нужно, – пожала я плечами, поднимаясь с места. – А сейчас прости. Излияния на тему исправительных сроков завершены. У меня важная встреча, – добавила, прежде чем выйти из кухни.

И отправилась к себе собираться. Мне жизненно необходимо было увидеться с тем человеком, который мог помочь в первую очередь не морально, а делом.

К юристу, который уже забросил практику, но чьи знания остались и должны были сыграть на моей стороне.

К Алёне.

Алёнка старше меня на десять лет. Двоюродная сестра, ближе которой не бывают даже сёстры родные. Судить, конечно, об этом я могла лишь опосредованно, так как была единственным ребёнком в семье, но предполагала, что если бы у меня и были единоутробные братья и сёстры, их любить больше, чем Алёну, я бы не смогла.

– Итак, мы бы увиделись вечером на твоём празднике, но ты позвала меня раньше, – констатировала она, приземлившись напротив за столиком небольшого кафе.

Я кивнула и прикусила нижнюю губу. Захотелось разреветься, как частенько это делала в детстве, доверяя Алёне свои печали и беды. Тогда она успокаивала меня, а потом чёткими и уверенными вопросами разузнавала, что же приключилось. И сразу же все проблемы становились не такими ужасающими, как мне казалось изначально.