Дьявол в мелочах

Она решила за меня вступиться? Дура. Смысла в этом ровно столько, как в примерах, которые Ильич выдаёт нам в огромных количествах, будто мы все повально после школы отправимся в технические ВУЗы. Но сейчас Соня осознанно идёт на конфликт, только причин этого жеста доброй воли я понять не могу.

– Рождественская, если будешь адвокатничать, влеплю двояк следом.

– Адвокат дьявола, – ржёт со своего места Саврасов, и почти весь класс вновь охватывает приступ неуёмного веселья.

– Но Романов всё решил, – настаивает на своём Соня.

Нет, она точно дура.

– Он решил не так, как я вас учу. Или я тут своего рода «говорящая голова»?

На этом конфликт исчерпан. Ильич возвращается к изучению журнала, шепотки так и не умолкают, а я сажусь обратно за последнюю парту. Кажется, Соня оборачивается ко мне. Кажется потому, что я не смотрю. Натягиваю капюшон пониже. В уши вставляю капли наушников. Ильич уже выполнил свою миссию на сегодня, потому вряд ли станет докапываться снова.

А Рождественская пусть смотрит, сколько влезет.

Я же решил оставаться в стороне – значит, отступать от этого решения не стану.

– Не занято?

– Нет.

Не сразу понимаю, что Соня обращается ко мне. Стоит рядом, держа поднос с какой-то едой и опять улыбается.

– Я спросить хотела.

Она выглядит смущённой. Оборачивается на оклик, заправляет волосы за ухо. Качает головой в ответ на вопрос подруги и, будто решившись, устраивается напротив меня. Мне приходится сложить руки на груди, надвинуть капюшон на глаза, как будто это может помочь мне спрятаться от её взгляда.

А в нём что-то такое, чему я даже названия дать не могу. Никто и никогда не смотрел на меня так. Будто ей действительно не всё равно.

– Спрашивай и проваливай.

Улыбка сходит с её лица, а я, мысленно чертыхнувшись, в последний момент успеваю сдержаться и не извиниться за то, что сказал. Ей действительно лучше свалить ко всем чертям. Чем дальше от меня – тем лучше. И мне, и ей.

– У тебя с Ильичом не ладится.

– Наблюдательная.

– Почему? Мне кажется, он к тебе несправедлив.

К еде она так и не притрагивается. Салат в пластиковой коробке и сок сиротливо стоят на подносе, и я перевожу взгляд на них, чтобы отвлечься и не пялиться на девчонку напротив. Какое ей до меня дело? Или сейчас выяснится, что она подослана каким-нибудь муд*ком, с которым встречается и который попросил её надо мной поприкалываться? В это поверю гораздо охотнее, чем в то, что ей не пофиг.