Статус: в поиске

Мэдди снова улыбнулась и вздохнула, мечтательно закатив глаза:

– Какая любовь!

«Аж тошно» – добавила она уже про себя, а вслух сказала:

– Спасибо за интервью! А теперь мы перемещаемся к центральной трибуне, чтобы узнать мнение местных болельщиков о предстоящем противостоянии братьев Беккеров!

***

По правде говоря, он был не в восторге от игры со «Скорпионами», которую вписали прямо в их и без того насыщенный график в самом начале сезона. Задачи тренерский штаб ставил сложные, и отвлекаться на коммерческие турниры Максу казалось лишней тратой сил.

Но здесь были замешаны деньги, ко всему большие, так что всё было решено в любом случае, даже если бы слово кипера имело хоть какой-то вес.

С Марком они не виделись до самого матча, хотя созванивались за несколько часов до прибытия в Ледовый. И Макс испытал какое-то неправильное, чужеродное, извращённое удовлетворение, когда услышал короткое от брата: «Я один буду». Что означало – Алиса осталась в США, и Марк, хоть на это время, но будет принадлежать только ему.

Он даже выругался, когда эта мысль появилась в его голове, но чем больше думал о предстоящей встрече, тем больше это ощущение укоренялось внутри.

А ещё на трибуне была Тереза. Приехала неожиданно, за день до матча. Когда позвонила – говорила сбивчиво – Макс толком ничего не понял из того, что она ему рассказывала, но попросила достать пригласительный на арену. Всё это было странным, но забивать себе голову ещё и этим Макс не стал. По крайней мере, пока.

Стоя в подтрибунном помещении в ожидании объявления состава «Скалы», он заметно нервничал.

Последняя игра, где они с братом были соперниками, закончилась дракой. Не то чтобы он считал будто они с Марком могли почесать друг другу кулаки о морды и сегодня, но всякое могло случиться. Это вне стен Ледового они братья. Здесь же – соперники. И хоть тренер предупредил, что игра носит коммерческий статус, а значит нужно воздержаться от травм в обе стороны – Макс понимал, что в пылу борьбы возможно всё.

Рёв зрителей заложил уши, а от мелькания разноцветных огней на трибунах замельтешило в глазах. Марк уже был на льду – «Скорпионы» полукругом выстроились возле своих ворот, наклонив головы. Голос диктора доносился до Макса словно бы издалека.

Но вот Марк развернулся, когда прозвучало имя Беккера, поднял руку и махнул ему, словно они не противниками были, а играли на одной стороне, и у Макса отлегло на сердце. Разволновался, как подросток перед первым сексом.