Сказка о принце. Книга первая

Угораздило… впрочем, если все равно не спать, то отчего бы не побеседовать с умной и наблюдательной женщиной. Будем надеяться, что она не… впрочем, неважно. – В библиотеку… или, быть может, лучше пойдемте в мой кабинет?

Каблуки их перестукивали, выводя затейливую ночную мелодию. Полные призрачного сияния галереи сменялись темными коридорами, и только слабый свет светильников давал им возможность идти, не спотыкаясь. Ночь – не лучшее время для прогулок в старом дворце, и герцогиня ощутимо вздрагивала – сквозняки, лестницы, неожиданные повороты и ступеньки.

Несколько раз принц поддержал женщину под локоть, когда она споткнулась.

В кабинете Патрик отослал слугу. Хотел было зажечь побольше свечей, но фон Тьерри жестом остановила его – не надо.

– Вы замерзли, – полуутвердительно проговорил он. – Может быть, вина?

Фон Тьерри молча кивнула.

Из небольшого шкафчика в глубине комнаты Патрик достал пузатую бутыль и два бокала; густая рубиновая жидкость заискрилась в свете свечей. Указал герцогине на большое, обитое бархатом кресло в углу, сам опустился на стул возле стола.

Желтоватый неровный язычок пламени потрескивал, оплывая воском, выхватывая из темноты то бокалы, полные тягучего вина, то мерцание глаз, то волосы сидящих друг напротив друга.

Какое-то время они молчали. Герцогиня с любопытством обводила глазами комнату. Большая, наверняка светлая – сейчас в полутьме неясно, обставлена строго и просто. Окна – высокие, с округлым верхом – выходят на запад, и сквозь ветви клонившихся к подоконнику тополей виден еще светлый край горизонта.

Легкие, прозрачные занавеси шевелятся от сквозняка; ни одной мрачной ноты, и что-то неуловимое витает в воздухе – что-то, позволяющее безошибочно определить, что эта комната принадлежит именно принцу – и никому более.

И всюду – характерный мальчишеский беспорядок; на столе навалены кучей свитки, книги, валяются в беспорядке перья, боком стоит чернильница, и прямо здесь же, поверх бумаг – кинжал с узорчатой рукоятью, в изукрашенных рубинами ножнах.

На стенах висят шпаги и пистолеты, в одном углу кучей свалены деревяшки непонятного назначения; на стуле с изящной резной спинкой спит огромный полосатый кот – зверь даже не пошевелился, когда хозяин осторожно переложил его себе на колени, только ухом дернул недовольно.

– 

Через неделю мы уезжаем, – все так же тихо сказала фон Тьерри, прихлебывая сладкое вино. – Жаль…

Принц откинулся на спинку стула и чуть прикрыл глаза.