Ты придешь с рассветом

Когда все только решалось, Диму возмутили сомнения Вари:

– У всех моих друзей девушки переезжают на карантин! Это нормально. Мы же не чужие друг другу люди.

Мама на волнения дочери махнула:

– Нормальные люди за полтора года уже и женятся и детей начинают заводить, а вы все «встречаетесь». Езжай давай! И как все это мракобесие закончится, переезжать обратно даже не думай.

Маша, укладывая свои вещи в большую матерчатую сумку, сказала без лишней осторожности:

– Ты же вкурсе, что нужна ему только чтобы кувыркаться и харчи варить?

Варя достала свой чемодан и неуверенно возразила:

– Ну мы же и правда давно встречаемся, – она стала ходить по комнате, изредка выхватывая из жилого пространства книги и одежду, – Я смогу спокойно учиться, буду спать в тишине… Если останусь здесь, не смогу выходить даже в магазин…

Маша как будто пожала плечами, но смотрела в глаза соседке дольше обычного.

Опустевшую банку Варя несет до урны и, проводив взглядом любимый отрезок реки, идет к парадной.

Она успокоилась и уже не сможет толком объяснить из-за чего именно поругалась с парнем.

В квартире Димы она бывала и раньше. Все здесь вполне знакомое. С соседями, конечно, широко улыбаясь, Варя не здоровается. Но и в трех одинаковых домах вдоль Малоохтинской набережной уже не заблудится.

Ключ входит тихо, еле слышно. Варя поворачивает его дважды, переступает порог. Слышится чье-то мерное бормотание с громкими перебивками: Дима смотрит какое-то видео на Ютубе. Из-за шкафа, отделяющего «прихожую» от основной комнаты, его не видно.

Варя снимает куртку и ботинки, выходит из укрытия.

Маленькую однокомнатную квартиру родители Димы переделали в студию и отдали сыну. Он поставил у окна шкаф, полутороспальную кровать, а напротив – телевизор. У круглого стола, перед кухонным гарнитуром, столпились аж шесть стульев, к Диме часто приходят друзья. Больше парню ничего не было нужно. Да ничего больше и не вместилось бы.

Варин чемодан стоит у шкафа. Одной выделенной полки не хватило и часть вещей девушка хранит в нем.

Тетради и книги теснятся на двух коротких узких подоконниках.

Дима лежит на кровати, заложив под голову руку, в другой – держит пульт. Ставит видео на паузу.

– Будем снова собачиться? – спрашивает он.

Варя устало машет рукой:

– Можем просто забить?

– Всегда можем, – отвечает Дима и, широко улыбнувшись, немного сдвигается, освобождая место на кровати.

Варя ложится рядом, слегка прикладывает голову на его плечо.