Запертая в цирке

Я скривила лицо, затем снова улыбнулась и посмотрела на Шона:

– Рада знакомству. Где работаешь? – На самом деле, мне было вообще не интересно, где он там работает, просто безумно хотелось доехать до города, а он вроде как был настроен помочь, поэтому я пыталась казаться милой и дружелюбной.

Отец отошел за инструментами. Мы разговорились.

– У меня в Майами небольшая лавка на берегу моря. Также я поставляю еду в маленькие ресторанчики в округе. Платят хорошо, на жизнь хватает. – Говорил он точно, как житель Майами.

Этот акцент не спутаешь ни с каким другим. – Сейчас как раз направляюсь туда из Далласа. Был в небольшом отпуске. – Он улыбнулся.

– Черт, я тебе так завидую. – Я села рядом на маленький кусочек тротуара, поджав ноги. – Я бы тоже хотела жить на берегу моря, плавать в океане и торговать едой в магазинчике. Быть свободной. Передвигаться по штатам тогда, когда хочу я, и туда, куда хочу я. – Это был крик души.

Шон улыбнулся и полез в карман:

– Вот тебе моя визитка, звони, я могу помочь освоиться у себя.

Обещаю, будет круто! – Он встал, оттряхнул штаны и обратился к отцу, который уже спешил к нам с маленьким серым чемоданчиком. – Сейчас я принесу колесо, и мы быстро все починим.

Я сидела и сжимала в руке прямоугольную визитку цвета морской волны. Он только что предложил мне уехать с ним?

– Ну что, Пат? – Отец прервал мои мысли. Я спрятала визитку в карман. – Возвращайся в фургон, сейчас помчим. – Он наклонился и похлопал меня по плечу, изображая улыбку.

Я молча ушла.

9

Новый Орлеан, 28 августа, 2020

Мне повезло, что в нашем фургоне закончился весь апельсиновый фреш. Наша семья его обожала. И это был отличный повод выйти за пределы цирка. Конечно, я знала, что мне не хватит этого времени, чтобы побыть одной, но радовалась и малому.

В Новом Орлеане мы были уже трижды. Я еще давно изучала карту, знала районы, магазины, достопримечательности. Сейчас я шла уже по знакомому мне французскому кварталу и вдыхала запах свежей выпечки вперемешку с мокрым асфальтом после дождя.

Французский квартал, более известный как Старая площадь, представлял собой исторический центр города, окруженный Канальной и Крепостной улицами, Эспланадой и рекой Миссисипи. Справа от меня стоял уже довольно знакомый Французский рынок, где магазины и сувенирные лавки плавно переходили в крытый рынок сельскохозяйственной продукции и всевозможных приправ.