За границей Восточного Леса

– Я не хочу причинять вам зла, – с мукой в голосе прошептал Ригзури, – уходите.

– Может, попробуем снова на лошадь? – спросил его Топорик.

– Нет, они будут преследовать, если мы побежим, – ответил юноша, – они должны уйти сами. Я убил или покалечил их вожака.

Топорик покосился на него с недоверием.

– Уходите, – повторил Ригзури.

Лай опять начал нарастать. Тогда Ригзури запустил камень и, судя по звукам, снова попал. Собаки стали тише.

– За ними идут люди с оружием, – тихо сказал ему Топорюик.

– Не думаю, – ответил Ригзури, – Я не слышу их, возможно, слишком доверяют собакам.

Собаки же лаяли как-то неуверенно и не приближались. Тогда Ригзури сам начал движение на них, держа наготове камни, и свора вдруг сорвалась с места и двинулась от него. Недолгое время он преследовал их, а потом остановился, ожидая, когда те уйдут на большое расстояние, и медленно вернулся к своему спутнику.

– Лошадь придется оставить, – сказал он ему, – ей все равно не унести нас двоих, а сейчас она без сил.

Пусть отдохнет, а потом она сама найдет дорогу к стойлам. Надеюсь только, собаки не тронут ее.

– Хорошо, – кивнул Топорик, – но нам нужно торопиться. Они могут догадаться, что собаки не загрызли нас.

И двое беглых рабов двинулись в ночную степь. Они не чувствовали усталости, переполненные ражем побега, и шли всю ночь, время от времени прислушиваясь к необычному вою.

Но то были шакалы. Когда солнце озарило колышущиеся пахучие травы, рыжебородый мужчина и светловолосый юноша добрели до балки и, укрывшись в ее колючих кустах, повалились на землю и забылись, наконец, сном.

Раны Ригзури нещадно ныли, но их нечем было даже перевязать. Топорик промыл их в ручье, из которого они пили воду.

– Держись, брат, – взял он за обгорелое плечо юношу, – теперь не сдохни только, ведь мы уже на свободе…

«На свободе…» – Ригзури поднял серо-голубые глаза к небу.

Он потерял сестру, свою честь, лишившись косы, его тело представляло месиво из ран и синяков… Нет, он еще поживет… Он должен жить – ради нее. Он найдет ее и заберет у жрецов, чего бы ему это ни стоило. А косу… Что ж. Ее он потерял заслуженно: не смог сестру уберечь.

Глава 5. Монастырь на Острове

Поначалу Римьяна с трудом осознавала, где она оказалась.