За границей Восточного Леса

Несмотря на то, что к данному моменту Ригзури участвовал уже в нескольких морских сражениях, сегодня ему было особенно тошно. Капитан «Аурелии» не отличался кровожадностью, и обычно после ограбления корабля возвращал судно, в каком уж оно было состоянии, владельцам и отпускал их восвояси. Такая слава порой недурно служила ему. Капитаны торговцев частенько сдавались без боя, понимая, что на непродырявленном судне уйти будет легче. Однако и чрезмерным милосердием, как и любой человек на подобном поприще, Капитан не страдал.

Он действовал сугубо в своих интересах. И если для этого приходилось жертвовать людьми, пусть даже и своими, он делал это без колебаний.

В этот день Ригзури видел, как океаническая мощь утаскивала обломки корабля с его пусть и недавними товарищами, и как исчезли в его суровых водах маленькие лодки с командой и пассажирами осажденного корабля. Впрочем, возможно, они и выжили… Эти картины весь вечер живо стояли перед его глазами. Ригзури шел не оглядываясь, прочь от пирующих людей.

Да, думал он, быть может, они сами были виноваты, не желая упускать ни одного мешка с товаром… Да, весьма вероятно, и все оставшиеся сегодня в живых могут так же погибнуть в любой день от непредвиденного шторма или во время сражения… И все же…

Ригзури брел к темному лесу, где деревья переплетались со своими корнями, а лианы было не отличить от спящей змеи. За эти несколько месяцев волосы юноши немного отросли, и он захватывал их сзади шнуром или повязывал платок, чтобы не мешали в сражении.

Он старался не думать сейчас о том, что значила для него отрубленная коса, и что возможно, ему и не вырастить ее снова. Да и зачем это здесь? И достоин ли он ее носить?

Оставаясь на корабле, он тешил себя надеждой, что пребывание среди пиратов может дать ему пусть малый, но шанс достигнуть жреческих судов, а значит, узнать хоть что-то о сестре. Иначе… все это было напрасным…

Но сейчас, уходя во мрак диковинных деревьев, он думал не об этом. Имел ли он моральное право считать себя прежним человеком, когда стал частью того, что раньше порицал? Он прислонился спиной к влажному стволу, служившему домом для нескольких гнезд лишайников и причудливых растений, составлявших из своих жестких листьев воронки-прудики.

Небо заволокло тонкими струями облаков, но кое-где через их ленты и курчавую крону деревьев проглядывали редкие звезды.

Рядом послышался шорох. Во мраке Ригзури увидел приближавшийся к нему со стороны берега силуэт.