За границей Восточного Леса

Он видел, что «Аурелия» имеет возможность спастись, но так же, как любой имеющий часто дело со стихией человек, Капитан понимал, что смерть всегда стоит рядом и, выходя на рейд, всегда напоминал себе об этом.

Соленая ледяная вода ударила Ригзури в лицо, холодными, с трудом чувствующими что-то, руками он отчаянно цеплялся за снасти. Впереди маячил желанный остров, но слева от входа в бухту, оскалившись, торчали его заостренные отроги. Как чешуя морского змея, они вздымались из пенистых волн темной грядой. «Скалы по левому борту!» – закричал Ригзури, и его голос потонул в гулком рокоте вздымающихся вод.

Снизу у основания грота матрос повторил его слова. Капитан сам стоял у штурвала. Он развернул корабль направо, ветер и течение сопротивлялись ему. Разрываемый на части стихиями корабль терял управление. «Аурелию» неудержимо несло на скалы.

Ни один берег близлежащих островов не спадал плавно в море. Единственным шансом избежать фатального столкновения для корабля – было пройти в бухту и укрыться там от стихии.

Капитан знал, как провести здесь судно, но море совершенно обезумело. Еще утром погода не предвещала ничего, кроме ясного неба и легкого бриза, сейчас же черный мрак сгустился как над судном, так и под ним. Шипя и извиваясь, как клубок рассерженных змей, волны выплюнули суденышко и потащили к клыкастому берегу. Еще оборот штурвала, обрубленный шкот взмыл ввысь вслед за парусом… И крики матросов потонули в гуле моря. Раздался треск и скрежет, «Аурелия» финальным высоким аккордом заканчивала свою последнюю песню. Волны сомкнулись над барахтающимися людьми, и темное небо окончательно померкло перед глазами Ригзури.

Глава 17. Полет

Она закрывала глаза и представляла, что медленно поднимается над этим местом, замком-монастырем, островом, холодным морем… Все становится меньше, и можно видеть, где она находится. Она видит материк, леса, которыми он покрыт на западе и востоке, желто-коричневые прогалины степей, каменистые отроги гор у моря, вдоль лесов… Где-то на просторах этого мира должен быть он.

Не может быть, чтобы его больше не было здесь. Но почему же она не может отыскать его?

Она легкотелая парила над холодной океанической зыбью, шорохом листьев, озаренных цветами осени, запахом скошенной травы для прокорма лошадей… Даже ветер не смел прикоснуться, потревожить этого полупризрака. Но как бы она ни вглядывалась в земли и воды под ней, нигде не могла она отыскать того, кто так много для нее значил.