Один шаг

Глаз любой подружки в этом смысле наметан – если что не так с женихом, сразу учует неладное. А как же! Свадьба, правда, была уже назначена, но Олесе нужно было мое благословение. Что ж, она его, конечно, получит. Если б что было подозрительного, я бы давно это знала, настолько подробно она мне обо всем докладывала.

Не успел Алекс подойти, как подруга, бросив мою руку, порхнула к нему для приветственного поцелуя. Я с полуулыбкой наблюдала эту милейшую картину. Олеся просто сияла от радости, да и Алекс, честно говоря, выглядел искренне счастливым.

Дай Бог! Что я, в самом деле, все жду какого-то подвоха?

Наконец, нацеловавшись как после долгой разлуки, и обменявшись какими-то только им известными словами приветствия, влюбленные повернулись ко мне.

– Алекс, это моя Вика! Вика, это Алекс.

Подруга улыбалась во все тридцать два отбеленных и выровненных уже в хорошей клинике, зуба, глядя то на меня, то на своего жениха. Я тоже пошире улыбнулась, постаравшись выглядеть дружелюбной, а Алекс, за пару секунд изучив меня с ног до головы, блеснул презрительным взглядом, но тут же взял мою руку и галантно прикоснулся губами.

Ух ты!

– Очень приятно, Виктория. Много о вас слышал. Рад наконец познакомиться лично.

– Взаимно. Я о вас тоже. – я кивнула с улыбкой – и тоже рада, хотя у меня такое чувство, что я вас уже давно и хорошо знаю.

– Представляю себе – весело оскалился Алекс.

Мы все заулыбались.

Олеся просто таяла от счастья, глядя, как мы с ее парнем обмениваемся любезностями.

Ну а что? Историческая встреча свершилась, и общение проходило на высокой дружеской ноте, как говорят в новостях. Все участники остались довольны.

Однако, на самом деле, после первых же минут знакомства совершенно ясно мне стало другое. Как я и предполагала, этот Алекс совсем не милый принц. Один его оценивающий взгляд чего стоил! В данной ситуации ему вообще должно быть все равно, как я выгляжу и что на мне надето. Он знакомится с подругой своей будущей жены. Это духовное родство! Так нет же, меня взвесили и оценили по какой-то внутренней шкале.

Прическа-зубы-одежда – цена-цена-цена. И, судя по всему, до «критической отметки», до какого-то только ему одному известного необходимого уровня, я не дотянула. Уж слишком явной была его реакция, он не потрудился даже скрыть ее. Во взгляде. Разочарование. Превосходство. Ну, то есть «С тобой все ясно, девочка, ты одета не в Шанель и твои волосы никогда не знали рук хорошего стилиста». Фу, как противно.