Море волнуется раз…

Впрочем, последний был небольшой веточкой с маленьким листочком, но эта веточка обладала подвижностью и принюхивалась.

– Дай и мне! – пискнуло в кусте.

– Что знает этот старикашка? – продолжало доноситься из веток, – видишь, как он усох? Далеко ли он распустит свои струи? А вот я знаю все деревья в этом лесу, а они – все деревья, до которых дотянутся их корешки или подземные ниточки грибов, их оплетающие! Вот это получше вашей телефонной связи будет! Видишь, я даже ваши эти смешные штуки знаю! – писклявый голосок звучал уморительно гордо, и если бы не сюрреалистичность ситуации, Олег, пожалуй, рассмеялся бы.

Он некоторое время молчал. Существо в кустах выжидало. Потом Олег прочистил горло, слегка кашлянув, и спросил:

– Чего тебе дать?

– Знааамо чаво! – нараспев пропищало из кустов. – Волосок девы морской!

– Зачем всем вам волосы моей жены? – тихо спросил Олег.

– Ну, это уж наше дело, зачем! Вам-то, людям… Эх… Это тебе так повезло. А вот мы настоящих морских дев давно уж не видали.

А у тебя из кармана так вкусненько пахнет, соленой водичкой… Ну дааай… – пропищало существо.

– А ты мне что? – вступил в торг Олег.

– Так говорю же – все разузнаю, ежели была тут, то где, когда и куды потома делась.

Олег задумался. Если все это действительно не симптомы его потенциального знакомства с психушкой, то, пожалуй, волосы стоит экономить. Еще не понятно, со сколькими глазастыми существами придется вести переговоры.

Его раздумья прервал смешок и плеск в ручье:

– Так-так, – раздалось бульканье и скрипение.

 – А ну-ка брысь отседова, мелюзга! Чего попрошайничаешь! – Ручей, видимо, обращался к существу в кустах.

– Ну что вы, дядя Ручей, ругаетесь? И поговорить нельзя? – обиженно прошуршало носиком-веточкой существо и еще больше скривило один глаз.

– С белками иди разговаривай! А в дела старших не лезь!

В кустах снова зашуршало, и Олег видел, что существо затаилось, но не исчезло полностью.

– Ну, так вот, – продолжило из ручья, обращаясь к Олегу, – Озерный Дух мне сказал, что она приходила сюда плавать, хвост полоскать вчера ночью, как водится в полнолуние.

И еще в прошлое полнолуние тоже приходила.

– Хвост полоскать? – Сглотнув, переспросил Олег.

– Ну, ясное дело, что не плавники! – сердито булькнуло из ручья, – ей же плавать надо. Ей тяжело все время с ногами быть, они плохо дышат и сохнут. Хвост надо мочить каждый день, но плавать-то тоже надо.