Попаданка для дракона

– Просто если в столице меня ждет какое-нибудь «развлечение» в виде смирительной рубашки или оков, то я, пожалуй, не поеду с тобой.

– Куда же ты денешься? Ты ничего не знаешь об этом мире.

– Ничего. Разберусь. Дойду до какого-нибудь поселения, попрошу пристанище, буду работать, спокойно жить.

Перспективы звучали совсем не заманчиво, и я снова приуныла.

Рэй досадливо крякнул:

– Не получится у тебя спокойной жизни. Ты ведь заметила, что здесь что-то не так, неправильно?

– Неправильно? Да здесь все какие-то странные! Из тех людей, что я умудрилась повстречать за эти сутки, только ты в адекватном состоянии.

Вроде бы… – подозрительно покосилась на своего спутника.

– Вроде бы? – он вздернул бровь.

– Я ж не знаю, куда ты меня везешь. Может, в столицу, а может, в свое тайное логово, чтобы жениться, как все остальные.

Он нахмурился, недовольно сверкнув темными глазами. Почему-то упоминание о моих несостоявшихся женихах его рассердило.

– Хочешь знать, почему они все на тебя бросались?

– Мне, конечно, хотелось бы думать, что это из-за моей неземной красоты, – не смогла сдержать сарказм, – но готова выслушать и твой вариант.

– Пару лет назад случилось нечто непредвиденное. Один… высокопоставленный дурак решил, что ему все можно. Пошел… куда не следует, и сделал то… на что не имел права…

– Ничего не понятно, но очень интересно.

Рэй моей иронии не оценил и тихо продолжал:

– Он хотел получить больше власти, а в итоге пробудил древнее проклятье.

 – Я затихла, глядя на точеный мужской профиль. Рэй задумчиво потер подбородок, будто решая, стоит ли мне рассказывать эту историю. – Все началось с дальних деревень у подножья Змеиных гор, куда спустился черный туман. Он неделю клубился над домами, закрывая солнечный свет, а потом исчез. Потом появился в другой деревне и снова растворился, как и не было. А спустя некоторое время люди начали болеть. Сначала никто не понял, что происходит. Болезнь проявлялась, как обычная простуда. Жар, головная боль, слабость. Она поражала всех без разбору… Но выздоравливали только мужчины.

– А женщины? – у меня во рту внезапно пересохло. – Что стало с женщинами?

– Они начали перерождаться. Во что-то страшное, – он мрачнел все больше, – в тварей без памяти, чувств, души… но с отменным чувством голода. Мы называем их выжлами.

– Почему?

– Да просто сначала люди при встрече спрашивали друг друга «выжила ли, выжила ли». Так название и появилось.