Попаданка для дракона

Я осторожно пошевелилась и попробовала сесть, но не тут-то было – руки связаны за спиной, ноги тоже перетянуты грубыми веревками. В висках отчаянно шумело, горло царапала нестерпимая жажда, да еще рот замотан грубой, вонявшей кислым молоком тряпкой. Убила бы за глоток воды.

После долгих и упорных стараний мне все-таки удалось немного приподняться. Сквозь крохотное мутное окошко под самым потолком едва пробивался солнечный свет, позволяя хоть немного осмотреться по сторонам.

Закуток, в котором я оказалась, больше всего походил на погреб старого дома где-нибудь в глубоком захолустье.

Низкие глинистые стены, вместо пола – старые доски, брошенные прямо на землю, грубо тёсаные стеллажи с плотными рядами заготовок, ящики с картошкой и вязанки лука, куски вяленого мяса, развешенные на ржавых гвоздях.

Страшно. Надо как-то выбираться отсюда.

Извиваясь, словно змея, я пыталась высвободить руки из пут, ну или хотя бы вывести их из-за спины вперед, но веревки были затянуты слишком крепко, и мне никак не удавалось их ослабить.

Я билась изо всех сил, стараясь не поддаваться панике и отчаянию, но в конце концов осознала тщетность попыток и сдалась.

– Спасите! – беспомощно промычала. В ответ – тишина. – Помогите! – снова промычала и осеклась, уловив тихие звуки наверху, над головой.

Едва я успела притвориться спящей, как раздался скрип, и в потолке отрылось круглое отверстие. Сквозь неплотно смеженные веки я наблюдала за тем, как в проеме появилась нечесаная мужская голова.

Ох, страшный какой!

– Очнулась?

Я чувствовала, как он всматривается в меня, но продолжала изо всех сил изображать бездыханную жертву. Мужик досадливо крякнул и стал спускаться. Зажмурившись и едва дыша, я слушала, как он подошел ближе, присел рядом, осторожно взял прядь моих волос и начал…нюхать. С таким маниакальным удовольствием, что я не выдержала и отпрянула от него.

– Очнулась, – довольно протянул он и потрепал по голове, как послушную собаку.

Я снова замычала, задергалась, пытаясь увернуться от неприятных прикосновений. – Ну-ну, не сердись, красавица. – Мой тюремщик щербато улыбнулся, продемонстрировав отсутствие переднего зуба, и по-дружески начал рассказывать: – Я тебя, между прочим, из леса спас. Отправился утром по грибы, на опушку вышел, глядь – у ручья дева лежит. Руки раскинула, не двигается. Ясно дело: или выжлы добрались, или хворь в лесу словила.