В лабиринтах вечности

– Да, какая разница этим колоссам, где они проведут ещё лет так тысяч пять?! Что изменилось для них? – искренне удивился Сергей.

Сергей – невысокий, светловолосый, с большими голубыми глазами на добром курносом лице, – ведущий инженер стройки. Он настолько далёк от истории, насколько она, казалось бы, далека от технического прогресса. Хотя при подготовке к работе над плотиной ему пришлось столкнуться с рядом попыток древних египтян «усмирить» Нил. И надо сказать, это оказалось далеко не лишним, а особенно расчёты жрецов.

Удивительно, но древние жрецы могли точно предсказывать силу и время ежегодного разлива Нила! Но это, как говорил поэт: «Дела давно минувших дней, преданья старины глубокой».

И для Сергея «преданья старины глубокой» были совершенно неинтересны, и, казалось, к нему никакого отношения не имела, ни история Союза, ни тем более история африканской страны.

Хамид же наоборот просто обожал все, что связано с историей древнего Египта. Обожал и гордился. Еще в школе он по книгам Шампольона выучился читать иероглифы, и теперь посвящал этому занятию всё свободное время.

Где бы ни находился, где бы ни работал, он всюду исследовал местность – а вдруг здесь есть интересные надписи?

Когда-то Хамид мечтал, что обязательно станет археологом, и уже было собрался подать документы в археологическую экспедицию, но отец сказал ему тогда:

– Сын мой, посмотри на меня – я работаю в лавке древностей вот уже 50 лет, но так и не стал уважаемым человеком. Эти древности никому не приносят счастья, и на хорошую жизнь ими не заработать.

– Это потому что Вы, отец, продаете туристам поделки наших родственников, а не настоящие реликвии.

– Эх, сынок, наши подделки, я знаю, чисты, они не причинят никому вреда. А эти «настоящие реликвии» из усыпальниц – принадлежат им, умершим! И они охраняют их…

– Ну, вот опять Вы, отец, о проклятиях!

– Сынок, я стар, я хотел бы видеть тебя инженером, чтобы все уважали моего мальчика и обращались к нему с почтением!

Хамид не мог перечить отцу, поэтому уехал учиться в Советский Союз.

Но даже став инженером, он не бросил свое увлечение – археологию.

II

…Помолчав, Хамид в сердцах, гневно произнес:

– Как что изменилось? Изменилось многое! Эти толщи воды поглотили пласт неизвестной, неизученной ранее истории! Понимаешь ты это?!

– Но ведь археологи подтвердили, что ничего ценного здесь уже нет, – удивляясь столь неуместной запальчивости, ответил Сергей.