Скомрах. Танец за Гранью

– Хитер, стервец малый, – тихое, едва уловимое шипение коснулось слуха. Но в следующий миг все исчезло. И алые всполохи, и стук копыт, даже изба перестала дрожать. Только день за окном погас, а в избе зажглись желтые огни. По стенам, как будто маленькие светильнички. А от них во все стороны тут же расползлись тени, занимая свои привычные места. Богдан постоял еще какое-то время, внимательно прислушиваясь к тому, что происходит за окном. Но уже знакомая тишина снова завладела окружающим миром. И Богдан, выдохнув, подошел к столу.

По смене света за окном он понял, что наступил вечер. Есть не хотелось. Играть с ледяными узорами тоже. Поразмыслив немного, Богдан решил последовать совету Мирто и отправиться спать.

Прошел в умывальню – организм уже какое-то время напоминал, что он-то как раз вполне живой и имеет свои собственные потребности, – и замер, недоуменно разглядывая крохотную комнатку. Старый умывальник с лейкой, ведро с облупившейся эмалью под ним. Несколько пушистых полотенец на полке. Там же кусок мыла и зубной порошок.

И еще одно ведро у стены.

– Ну нет, только этого мне не хватало! – не сразу догадавшись, для чего предназначено второе ведро, выкрикнул Богдан.

– В себе держать будешь? – прозвучал в голове ехидный голос. – Учти, нянчить тебя тут никто не нанимался!

Богдан сжал кулаки, чувствуя, как краснеют щеки. Он резко развернулся и вышел в комнату. Еще раз обошел её по периметру, в душе надеясь, что где-то непременно отыщется дверь в туалетную комнату. Или хотя бы в ее какое-то старое подобие.

Что угодно, только не ведро практически у кровати.

В голове снова раздалось ехидное шипение, но Богдан не обратил на это внимания. Все его мысли занимал один единственный вопрос самой, что ни на есть острой нужды. Так и не найдя никаких признаков каких-то других дверей, Богдан вернулся в умывальню. Кое-как сделал дела, стараясь не сгореть при этом со стыда. И уставился на ведро.

– Вынести! Немедленно! – с этими словами он двинулся к выходу. Мирто говорил, не выходить на улицу.

Но если он по-быстрому выскочит за угол, и тут же вернется назад, нигде не задерживаясь, ничего же не случиться, верно? Он будет очень-очень быстрым. Даже дверь захлопнуться не успеет.

Дверь!

Богдан остановился, буквально уже выскочив в сени. Мысль о том, что он может не попасть внутрь, отрезвила. Поэтому он снова заскочил в комнату, взял два полена, что лежали возле печи и подпер сначала одну дверь, что вела в прихожую, а затем и вторую – уличную.