Дитя нуайяд

 – Все давно поняли, что если вешать или отрубать головы чёртовым мятежникам, не хватит ни верёвок, ни топоров. А гильотины в этой забытой Богом дыре не нашлось. Меж тем паршивые вандейцы[3 - Противники революционного движения на западе Франции] несут опасность, даже сидя в тюрьмах. Вот буквально накануне мерзкая хворь свалила нескольких членов роты Марата[4 - Жан-Поль Марат – Политический деятель эпохи Великой французской революции, врач, радикальный журналист, один из лидеров якобинцев.].

– Уж нам это известно лучше вашего, – пробурчал худощавый Полье.

 – Скоро весь город погрязнет в болезнях. Моя кузина второй день мечется в лихорадке.

– Мне плевать на город и его паршивых жителей! – рявкнул Каррье. – Следовало попросту и вовсе спалить это гнездо мятежников!

Члены совета притихли, боязливо потупясь и стараясь не встречаться взглядом с комиссаром.

– Так вот, – внезапно успокоившись, продолжил он. – Я принял решение миновать любые проволочки с трибуналом и судом. Решим проблему раз и навсегда.

– И что вы предлагаете? – приподнял брови Сен-Дюмон.

– Вертикальную депортацию, – хмыкнул Жан-Батист. – И, довольно оглядев растерянные лица слушателей, он уселся в кресло и подмигнул. – Эта отличная идея пришла мне буквально сегодня ночью. Мы очистим тюрьмы одним махом. Покончим с мятежниками, а заодно избавим горожан от болезней и голода. В отличие от вас я не стал тянуть время, и мои ребята уже сгоняют арестантов к реке. А с мятежниками, что за неимением места в тюрьме помещены на старый корабль, и вовсе никаких хлопот.

Этьен Молино попросту выведет его на середину Луары и потопит. Враги революции камнем пойдут на дно. Вот это я и решил назвать вертикальной депортацией. Недурно придумано, вы не находите?

Спустя всего пару часов осенние окрестности Нанта заполнились невыносимыми, полными ужаса и страдания криками осуждённых. Казалось, что само небо содрогнулось от бессмысленного жестокого убийства тысяч ни в чем не повинных людей.

Свинцово-серое, нависшее над землёй, оно словно пыталось скрыть массовую казнь от небесного отца и святых покровителей. Опьянённые видом беззащитных жертв, приспешники Каррье раздевали обречённых донага. Мужчин и женщин, связав по двое, сбрасывали в реку, глумливо называя унизительную казнь «Вандейской свадьбой». Никакие мольбы и стенания не трогали жестоких палачей. Воды Луары принимали в свои смертельные объятия и матерей с детьми, и дряхлых стариков.