Мадемуазель переплётчица

Ну разве дело всякий раз поглядывать на часы? Такое чувство, что больше времени уходит на раздевание, чем на любовь. И в один прекрасный момент Анна попросту не явилась в мастерскую, отправив мальчика с запиской о том, что сильно расхворалась. Правда, Марк не смог приехать раньше полудня, под благовидным предлогом улизнув с фабрики. И в ожидании девушка, переставляя грошовые безделушки на каминной полке, поправляла занавеси и полог постели, воображая себя хозяйкой дома.

Молодые люди прекрасно провели время, расшалившись как двое детей, оставленных без присмотра.

Утолив страсть, они с жадностью накинулись на принесённый служанкой хозяйки скромный обед, а после бегали друг за другом, с хохотом падая на кровать. И, разгорячённые шуточной потасовкой, предавались любви с такой страстью, что одна из подушек лопнула, и любовников щедро засыпало пухом. Это происшествие вновь послужило поводом для смеха. Больше часу им пришлось чистить одежду и волосы, но стоило им встретиться взглядом, как они вновь покатывались с хохоту.

И на следующий день девушка вновь преспокойно отправилась в любовное гнёздышко, рассудив, что вымышленная хворь за один день не пройдёт.

Надо ли говорить, что Анна позабыла всякую осторожность, вообразив, что её окружают одни слепцы и к тому же лишённые языка. Любовные отношения с Марком совершенно вскружили ей голову. И, перейдя запретную черту, она утратила страх перед призрачным будущим. Недаром молодой человек не скупился на ежечасные романтичные признания в любви, укрепляя в ней веру в серьёзности своих намерений.

За всю неделю Анна так и не появилась в мастерской, и когда, как обычно, Марк остановился за два дома от жилища Дембеле, девушка обменялась с ним долгим поцелуем и выпорхнула из экипажа.

Она была так поглощена своими чувствами, что даже не заметила ехидно поджатых губ служанки, отворившей дверь. Пройдоха нарочно не вернулась в кухню, а, сложив руки на тощем животе, устроилась за гардиной, отделявшей гостиную, дабы не пропустить ни единой мелочи.

Девушка кивнула родственникам и направилась к себе, но Тома неожиданно встал прямо перед ней, загородив вход.

– Ведь я, кажется, предупреждал тебя… – прошипел он, уставившись на племянницу тяжёлым взглядом.

– В чём дело, дядя? – улыбнулась Анна. – Уж, кажется, у вас нет повода для нотаций, я пришла домой вовремя.

– Чёрт возьми! Ну и наглость! – воскликнул Тома.