Охотник

Вновь послышался отчаянный вопль из комнаты старшего брата, и Леон ринулся туда. Распахнув дверь, парень побледнел. На кровати корчилась его невестка Жеральдин, обхватив живот обеими руками, а рядом покоилось бездыханное тело её супруга. Да, бедняга Арно был мёртв. И видно, давно, тело успело застыть. Огромным усилием воли он заставил себя вернуться к матери и, схватив женщину за плечи, грубо встряхнул:

– Матушка, я знаю, что брат умер, но вам следует помочь его бедной жене, кажется, начались роды. Я разбужу отца и пошлю Готрана за повитухой.

Крестьянка подняла на него болезненный взгляд и, прижав ко рту уголок шали, словно в попытке заглушить рыдания, еле слышно выдавила:

– Беги сам, сынок… Твой отец и Готран скончались…

– Господь милосердный! – Леон отшатнулся от матери и без сил опустился на лавку. Красивое лицо исказило отчаяние. Да как такое возможно? Накануне вся семья была здорова, и никто не жаловался на хвори. Но ему так и не довелось погрузиться в скорбные мысли. Крики горя и ужаса успели охватить всю деревню.

Выскочив на улицу, ошарашенный парень едва не поседел. Хватило и нескольких минут, чтобы понять – нынче ночью смерть собрала щедрый урожай. В каждом доме было по два, а то и три покойника. Люди бестолково метались из дома в дом в надежде найти хоть какое-то объяснение произошедшему, и Леон с добрых полчаса, поддавшись всеобщей панике, следовал за ними, пока не наткнулся на рыдающую повитуху Анн-Мари. Тут он мигом вспомнил о невестке и с огромным трудом уговорил плачущую женщину, потерявшую мужа и дочку, отправиться на помощь к Жеральдин.

Только к полудню двое крестьян с трясущимися руками и сжатыми губами отправились в город за доктором. К его приезду Жеральдин благополучно родила мальчика и успела впасть в забытье. Что, впрочем, было только на руку. Иначе молодая женщина выплакала бы все слёзы, убиваясь по мужу. Удивлённый доктор навестил один дом, затем другой и не нашёл ни единой причины для столь поспешной гибели. Разве что все покойники были бледны до синевы, и у каждого по две крошечные ранки на шее.

Но жалкие царапины вряд ли могли привести к смерти. У третьего дома господин доктор и вовсе прикрыл рот платочком и вошёл явно нехотя, стараясь не подходить к усопшим слишком близко.

– Хм… Думаю, эта хворь заразна, вроде чумы, – закатив глаза, изрёк он. – Что я могу сделать? Только сообщить бальи. В вашу деревню пришлют солдат, не хватало ещё, чтобы эдакая зараза расползалась по всей округе.