Мельница Ранкура

Теперь осталось подпалить это славное местечко. Огонь лучше всего скрывает следы. Да, Беспалый, проверь-ка ещё чулан. Не годится, если упустим даже паршивого поварёнка, что прикорнул тайком. ? И, будто отвечая на немой вопрос собеседника, пробурчал: ? Давай, шевелись, я обещал, что не оставлю в живых даже жалкого слугу. Ведь мертвецы не могут свидетельствовать в суде. ? После этих слов старенькая дверь чулана слетела с петель от внушительного пинка неизвестного, и в проёме, освящённый мятущимся пламенем факелов, показался высокий худощавый человек в низко надвинутой шляпе.

Впервые в жизни Робер почувствовал страх. Скорчившись за кучей хвороста и корзин, он ощутил, как холодные струйки пота бегут по спине. Рядом, сжавшись в комочек, замерла Жеральдин, обхватив за плечи Люсьена и зажимая ему рот ладонью. Несколько томительных секунд они смотрели друг на друга расширившимися от ужаса глазами и затаив дыхание.

– Здесь никого нет, хозяин, ? крикнул незнакомец, окинув взглядом чулан. Швырнув факел прямо на кучу хвороста, он поспешил прочь.

Едкий дым заполнил каморку,

– Проклятье! ? сдавленно вскрикнула Жеральдин и, сорвав фартук, начала сбивать пламя. ? Да помогите же, сеньор! Или вы тоже сомлели, как ваш братик?

Робер очнулся и поспешил ей на помощь. Но попытки погасить огонь оказались тщетны.

– Мы сгорим заживо, если не унесём ноги, ? бросила служанка.

Вдвоём с Робером они подхватили Люсьена, что еле перебирал ногами, и, задыхаясь, сгибаясь от надрывного кашля, поспешили в галерею.

Первое, обо что споткнулась Жеральдин, было телом несчастной кухарки. Стелившийся дым милосердно скрыл подробности расправы, но излишне чувствительный и хрупкий Люсьен вновь закатил глаза и обмяк на руках у брата. Девушка решительно двинулась к кухне, припомнив, что там есть выход на задний двор. Другие пути были начисто отрезаны разгоравшимся пожаром. Но стоило ей открыть заветную дверцу, навалившись на неё всем телом, как Робер отпрянул.

– Постой, возьми Люсьена и бегите подальше от дома, я должен позаботиться о родителях.

Да и дедушка вряд ли спустится по лестнице без помощи.

– Вы ума лишились! ? воскликнула Жеральдин, тотчас разразившись кашлем. ? Младенцу ясно, что они мертвы! ? грубо выпалила она. ? По крайности спасётесь сами и сохраните жизнь вашего несчастного брата.

Лицо Робера исказилось яростью, он вскинул голову, но не успел произнести ни слова, как позади с жутким грохотом рухнула лестница, окатив троицу целым снопом искр.