Трясина

Дело стоящее, неужели сегодня они поужинают, как полагается приличным людям.

Лиза вмиг позабыла о госте и проворно, что трудно было ожидать при таком сложении, поспешила прочь, прижимая к необъятной груди тушку птицы.

– А где Папаша Ястреб? – оглянувшись, спросила Оливия. – Надобно и ему, наконец, познакомиться с новым помощником.

– Должно быть, завалился спать за поленницей, – кивнул Силач. – Он здорово набрался ещё днём. И где бедолага раздобыл денег на выпивку? Надеюсь, он не додумался заложить свои ножи.

– Если так, то ему теперь помощники ни к чему, – хихикнул стройный парень с огненно-рыжими волосами.

 – Ладно, я попробую его растолкать, если он спьяну меня не прирежет.

Марсель хмуро покусывал губу; кажется, он и сам готов был отказаться от завидной должности, но любопытство, столь присущее мальчишкам, победило, и он так и стоял посреди амбара, не зная, что делать дальше.

– Идём, – послышался нежный детский голосок прямо за спиной Марселя. – Креспен вряд ли продерёт глаза раньше, чем унюхает запах жареного гуся.

За это время я покажу тебе, где можно славно выспаться.

Марсель обернулся и встретился глазами с девочкой лет девяти. Силы небесные, наверное, ангелы имеют точь-в-точь такое обличие! Незнакомка словно спустилась с неба на землю. Белое матовое личико с нежным румянцем обрамляли светло-пепельные локоны, доходившие почти до пояса. Огромные голубые глаза, тонкий изящный носик и маленький рот с чётко очерченным изгибом губ.

– Верно, Ангелочек, пристрой парня как следует, иначе он разобидится и сочтёт нас не слишком радушными хозяевами, – подмигнул Ксавье.

Марсель направился за своим поводырём, словно зачарованный.

– Тебя прозвали Ангелочком? Должно быть, твоё имя Анжель? – смущённо пробормотал он.

– Вовсе нет, – тряхнула волосами девочка. – Меня зовут Катариной, а мать и актёры называют Кати. Это хозяин окрестил меня Ангелочком. Он ждёт, что когда я подрасту, смогу заменить Оливию. Ты уже видел её, Марсель. Наша Оливия настоящая красавица, вообрази только, стоит ей выйти из-за кулис, даже солидные господа выкатывают глаза и разевают рты.

Со смеху помереть можно, сеньоры частенько пытаются свести с ней знакомство, не дожидаясь конца представления. Но их мигом отваживает либо Колен-жонглёр, либо сам хозяин. Знаешь… – Катарина обхватила мальчика за шею и зашептала в самое ухо: – Рыжий Колен до смерти влюблён в неё. Но Оливия отчего-то сторонится бедняжку.

Новая подружка Марселя оказалась на редкость словоохотливой.