Хозяйка мертвой воды. Флакон 2. Пар, моторное масло и магия

Успешно показав себя, военная машина с третьего залпа поразила более пятисот вражеских солдат, что позволило армии Короны захватить ущелье в степях Мельхиор. Создатель сего чуда именовал свое изобретение по своей фамилии и теперь оружейная мануфактура Митральез будет поставлять в армию Его Величества митральезы, уж простите за каламбур.

Хельга ощутила жжение от чужого взгляда на спине и оторвалась от газеты. У входа в комнату переговоров стояли Гелиот Нейджи и тот самый знатный тип из дорогого паромобиля с пышными рыжими бакенбардами.

Его лысина блестела в свете газовых рожков, словно натертая воском. Пол в коридорах корпуса был застлан коврами с длинным ворсом и Хельга совсем не заметила их шагов.

Незнакомец надменно черкнул по силуэту Хельги равнодушным взглядом и с вопрошающе посмотрел на Гелиота. Хельга тоже не осталась в долгу – глянула с холодом январской колючей стужи.

– Дружище, не думал, что твоя прислуга умеет читать. В любом случае, разве это повод допускать подобное поведение, – сдержанно и надменно проговорил спутник Гелиота.

– Август, похоже залпы новых пушек отбили у тебя чувство такта? Разве можно так разговаривать в присутствии леди, тем более, что она, является моей гостьей.

Повисла неловкая пауза. Август и Гелиот Нейджи не моргая смотрели друг на друга. Господин с рыжими бакенбардами осознавал свою ошибку, но тем не менее не желал признавать собственную неправоту.

– Манерам я обучен, в отличии от некоторых. Не зря на моем паромобиле родовой герб, а не закорючка, будто нацарапанная рукой беспризорника на заборе приходской школы.

(Тут, наш дорогой читатель, стоит заметить, что все дети по закону Короны были обязаны пройти минимальной обучение грамоте, без возможности отказаться. И учились. Но дети из бедных семей заканчивали обучение, как только могли хотя бы написать собственное имя, заменяющее подпись. Дальнейшие знания и отметки уже выставлялись не отметками в табель, а шрамами от розг на спине.)

Хельга почувствовала себя частью интерьера, который беззаботно обсуждали оба джентльмена.

Сказать что это ей не понравилось – ничего не сказать! Девушка решительно встала, поправила подол платья и волосы.

– Я не мешаю вам? – произнесла она с укоризной, адресовав эту колкость, Августу. – Нас не представили, но я услышала ваше имя.

Гелиот хотел было что-то сказать, открыл рот. Но гостья опередила его, обратившись к нему и сбив с мысли.

– Гелиот, можете не трудится. Мне абсолютно не интересен этот индивид.