Квази Эпсилон. Хищник

В тот день я был занят, покупал бочки для винного погреба и отсутствовал дома. А потому о произошедшем узнал из рассказов. – И что дальше?

– А дальше – больше! В семь лет у Герды началось половое развитие. Так что она стала первой второклассницей с сиськами восьмиклассниц! – смеясь, рассказал Бишкек. Но потом резко изменился в лице. – И это заметил их физрук.

– И что дальше? – я чувствовал, что Дима подступает к болезненной для любого отца теме.

– А ничего хорошего, – Бишкек крутил в руках уже остывшую кружку чая.

Играл желваками, нервничал. – Он усердно помогал девочкам выполнять упражнения правильно. Страховал за задницу и грудь, когда те прыгали через козла. Как итог – Герда, не снеся оскорбления ее девичьей чести, сломала ему руку в двух местах плюс откусила пол-уха. Но, мне кажется, на инстинктах она метила в яремную вену. Подняли записи видеокамер. Физрук поехал кукарекать на Колыму, а Кая и Герду пришлось перевести на домашнее обучение.

– Сами учили? Вам же до города полтинник по прямой, – поинтересовался я, уводя от болезненной темы.

Дима расслабился и принялся излагать более развернуто.

– Через капсулу. Есть там такое приложение, как виртуальная школа, – поймав мой неодобрительный взгляд, Бишкек поправился: – Автономно. Подключались к сети, только чтобы обновить обучающие программы и скачать синглплеерных игр. Кстати, дети подсели на них, и мы получили единственный действенный рычаг управления.

– Почему единственный? – удивился я.

– Они умные. Ну умнее меня так точно, но совершенно неуправляемые.

Мы пробовали все, от мягкой силы до розг по Макаренко. Я ремни менял, как в бане веники, но они оба «бронебойные»! Впрочем, ты уже видел, о чем я говорю.

– И сольные игрушки спасали? – догадался я.

– Ты не поверишь! Стоило скачать что-то покровавее – и все! Конец бедам! Оба за неделю осваивают месячный материал, дома чистота и не дерутся по ночам, давая нам выспаться. Так мы жили до июля, – обозначил он реперную точку в повествовании.

– Может, стоит выпустить парня? – предложил я, кивнув на окно, за которым в сумерках Кай пытался вырваться из древесных пут.

– Ну пойдем, – согласился Дима.

Дима, Ольха и я втроем выбрались на улицу. Одно касание – и тополиные оковы ослабли, выпуская пленника. Кай вырвался из колодок и выпрямился, но тут же сник, не поднимая глаз ни на сурового отца, ни на меня.

– Ты понимаешь, на кого напал? – холодно спросил Бишкек.

– Да. Но я думал, это вор… – начал было оправдываться подросток.