Квази Эпсилон. Пират

– Ой, Артем, что произошло? – девушка поначалу от испуга даже закрыла рот ладошкой.

– Что? Так плохо выгляжу? – невольная улыбка появилась сама собой от такой непосредственной реакции девушки.

– Да краше в гроб кладут! Как ты себя чувствуешь?

– Бывало и лучше, спасибо что спросила, – мне были приятны ее участие и забота.

– Пока еще не за что благодарить, – она села рядом на кровать и взяла меня за руку.

Ее рука была такой нежной, теплой… Девушка прикусила губу и закрыла глаза. Через мгновение, произошло нечто необъяснимое.

Я буквально чувствовал, как мне становится гораздо лучше. Кожа перестала болеть, поменяла цвет с синюшного на более здоровый оттенок. Прошло буквально секунд тридцать, а во мне чувствовался такой заряд бодрости и сил, что хотелось что-то делать, двигаться и… В общем, действовать. Алиса открыла глаза и улыбнулась.

– Алиса, солнце мое, что ты со мной сделала? – сейчас у меня не было сил лежать на кровати. Мой организм требовал действия, и поэтому я буквально подскочил на ноги.

– Не знаю. Я не знаю, как тебе это объяснить! Понимаешь, я делаю такие вещи, скорее, неосознанно.

И она пальцем показала на прикроватную тумбочку, стоявшую у изголовья кровати. Сейчас на месте новой резной тумбочки со светильником-ночником стояла ветхая, потрескавшаяся тумба. Казалось, вот-вот она рассыплется от старости.

– Алис, иногда ты меня пугаешь. Расскажи, пожалуйста, что конкретно ты сделала? Не торопись, опиши все в деталях, – видимо, сейчас произошло одно из таких чудес Алисы, которое могла выполнять только она.

Блин, ребята локти себе искусают из-за того, что не увидели этого.

– Ну я взяла тебя за руку одной рукой, а другой за тумбочку ухватилась и… Не знаю, в общем, что именно я сделала, но я как бы переместила твердость и крепость тумбочки в тебя. Перекачала, что ли… Не знаю, как объяснить. Это все слишком сложно, чтобы выразить словами, – девушка, казалось, вот-вот расплачется, и чего-чего, а этого мне сейчас хотелось меньше всего.

Эти очередные женские слезы…

– Ну-ну, Алиса, не переживай ты так, – я поспешил успокоить девушку, у которой уже начал дрожать подбородок. Это явный признак того, что слезы вот-вот накатят на нее.

– Ну, тумбочку же… я не хотела… Настя будет ругаться и… – теперь мне стало понятно, почему Алиса так разнервничалась, видимо, она боялась, что Настя будет ругаться из-за сломанной мебели.