Дьявольская Аллея

Их совсем не заботила какая-то гравитация. И глядели на меня с сожалением, сочувствием, тоской. Волосы их развевались в разные стороны от несуществующего ветра, так как в комнате больше никаких воздушных порывов не наблюдалось. Локоны периодически закрывали часть лица. Мне казалось, что призраки пришли меня готовить к самому худшему. А ведь так оно, скорее всего, и было.

Я думала, что посетителей будет меньше. На переговоры пришли четверо. Слева стояла девушка лет двадцати восьми. Она тяжело дышала, словно ей все это время не хватало воздуха.

Странно, что дух вообще может дышать. Возможно, это просто какой-то остаточный эффект? Вся ее одежда прилипла к телу. На ней было длинное платье приблизительно конца девятнадцатого века и высокая растрепанная прическа со свисающими вниз мокрыми прядями. С кончиков капала вода. И я поняла, почему она так тяжело дышала. Вероятнее всего, эта девушка утонула.

Рядом с ней парил парень приблизительно моего возраста. Может, на год или два старше. Он улыбался, но улыбка не была озорной.

Она словно твердила «Я так тебя понимаю. Мне очень жаль, что я не смогу тебя защитить…». Этот парень слишком красив для мертвого. Чересчур. Тонкие губы… Слегка широкий прямой нос, большие глаза и острые скулы… Парень словно вылеплен из глины.

Также он очень высок, а еще выше он выглядел из-за того, что парил. Если бы я стояла рядом с ним, то едва доставала бы ему до подбородка. И у него безумно широкие плечи… Я могла наблюдать каждую мускулу на его руках, на теле сквозь облегающую футболку… Мне тут же захотелось оказать в его объятиях, чтобы его больше руки держали меня за содрогающиеся из-за плача плечи.

Я не сразу обратила внимания на кисти рук. Вены там явно были перерезаны.

Третий дух – невысокого роста дедушка. У него довольно длинные седые волосы, которые заплетены в хвост, но это никак не мешало прядям выбиваться из прически и развеваться. Также у него седая борода. Мелкие, но глубокие морщины покрывали все доброе лицо. На нем были надеты рубашка и брюки.

На рубашке красовалось огромное темное пятно в районе шеи и груди.

А последним гостем была девочка, что первая, судя по всему, и заговорила со мной. На вид ей лет одиннадцать-тринадцать максимум, но не более. Распущенные волосы развевались в разные и стороны и были настолько спутаны, словно их не расчесывали несколько лет. Подол атласного светлого платья тоже развевался на призрачном ветру, который существовал только для них четверых. Девочка была слишком грустна.