Соприкосновение

Мы останавливались отдохнуть, присаживаясь на пни поваленных деревьев или корпусом опираясь на валуны, покрытые густым мхом. Хвойная подстилка на тропе сменялась насыпями острых камней, легко скатывающихся от неловких прикосновений подошв. С крутых склонов сползала запутанная паутина кустов и сухих корней. Каменные ступени рядами уходили вверх и исчезали в глубине леса. Тропинка легко ускользала от них в сторону и вела людей по обрывистым краям скалы.

Вскоре моя рука по повелению Азата очутилась в руке Чату. Теперь он путешествовал вместе с нами за компанию.

Скорость моего движения увеличилась вдвое. Русский язык Чату знал примерно так же, как я английский. Я развлекла себя попыткой поговорить с ним, но ничего толкового у нас не вышло. Узнала, что он буддист, вегетарианец и любит кошек.

Постепенно я привыкала к новой для себя среде. Проходящие мимо паломники, их разговоры между собой, бросающиеся в глаза пёстрые платья женщин и разбавляющая местный колорит современная музыка, кричащая из переносных колонок у подростков, – всё это объединяло и нашу группу, позволяло нам стать полноценными участниками шествия.

Нас как будто вырезали из одного журнала и вклеили в другой, но так сложилось, что цвета и стили журналов совпали.

Чату привык быть первым, поэтому мы почти летели к вершине горы. Обычно я летела, чтобы догнать, а теперь мне приходилось время от времени тянуть его за руку назад с ключевым словом подъёма: «Подождём?». Когда нас догоняли, Чату спешил вырваться вперёд.

При сложных подъёмах в горы моё сознание всегда успокаивалось и выстраивало чёткую линию мыслей, а бесполезный шум исчезал из головы.

Мысли обдумывали сами себя, давая голове отдохнуть. Процесс был чем-то схож с занятиями йогой. Тело концентрировалось на самом себе и своих ресурсах. Не споткнуться, не упасть, правильно поставить ногу и перенести вес – восхождение занимало сознание и позволяло забыться. Я никогда не думала о том, зачем мы собственно поднимаемся, мне нравился сам процесс и то, что происходило в это время у меня внутри.

От своеобразной медитации я отвлекалась, когда чувствовала, что мы с Чату ушли от остальных слишком далеко. Пока я больше нуждалась в объединении с группой, а не в её расщеплении.

Лес становился плотнее, тонкие стволы сосен выстраивались вдоль тропы в ровные ряды. Сквозь нас проплывали дымчатые облака, а температура воздуха упала на несколько градусов. Облака мешали разглядеть, что же там, впереди, к чему мы всё это время поднимались.