Соприкосновение

И ко мне приходят тоже… – при знакомстве Ольга упоминала о том, что ведёт занятия по фитнесу и ЛФК.

Такими…

Какими, такими?

Дальше я её не слушала, расстроенная и одновременно успокоенная тем, что Азат не причём. Я быстро поверила в него и берегла в себе эту веру. Она была мне необходима.

Моего зверя беспощадно разбудили. Он искал, за кого спрятаться. В кого вцепиться. Но меня окружали чужие люди. Люди, не готовые слышать то, что им говорит «ребёнок». Они решили меня не только так называть, но и не слышать, не видеть, не принимать за мной ту, которая заперта в неподвластном теле.

– Мне кажется, мы хорошо поговорили, да?

– Я так не думаю, – я покачала головой, ломая руки и встретив озадаченный взгляд Ольги.

Не хотела я этого разговора.

Забравшись под одеяло, я закрыла глаза и попыталась избавиться от ощущения безысходности и бессмысленности попыток стать лучше.

Как справиться? Как продолжить нести себя через события с тем же настроением, что испытывала час назад?

Я из кожи вон лезла, но получала всё одно.

«Я с тобой. Всё нормально. Спи».

Глава 4

Следы прошлого

Мелкие капли дождя скатывались по лицу и по теоретически непромокаемой ветровке. Ещё не поняла, насколько второе соответствовало истине.

Перед выходом пришлось натянуть на себя джинсы, которые я вовсе не рассчитывала носить, и откопать в бездне содержимого чемодана относительно толстый свитер, брошенный на «всякий пожарный».

Унылая дождливая погода сделала нас тихими. Никто не хотел вылезать из-под одеяла, расслабляться на холодном полу во время практики и потом куда-то идти. На удивление, ноги у меня после вчерашних подвигов не болели. Как будто ничего и не было.

Я старалась идти со всеми на одном уровне, пряча от дождя голову под капюшоном. Хмурые облака смешались с туманом и окутали округу, застилая собой сосновый лес. Размеренное и молчаливое движение вверх убаюкивало.

Что я знала о семье Рерихов? Слышала об Агни-йоге, учении, которое Николай Рерих создал со своей женой, видела несколько его картин когда-то, но интереса к ним не проявила, так же как и написанным им к притчам и легендам.

Резиденция известной семьи оказалась ближе, чем я думала. Участок, принадлежащий музею, был огорожен чугунным забором, туго обвитым стеблями плюща. Кроны деревьев клонились на садовую арку, встречаясь друг с другом ветвями.