Бал жертв

Положив обе руки на плечи Барраса, он принудил его сесть. Тогда один из замаскированных встал и сказал:

– Гражданин Баррас, вы служили в гвардейцах?

– Да.

– Потом капитаном в индийской армии?

– Да.

– Потом депутатом в Национальном собрании?

– Вы это знаете так же хорошо, как и я.

– Вы осудили на смерть короля?

– Я действовал по совести, – спокойно отвечал Баррас.

– Наконец теперь вы во главе Директории и несколько часов назад были первой особою во Франции?

Баррас молчал.

– Гражданин Баррас, – продолжал замаскированный, – как отрекшийся дворянин, как враг короля, вы заслужили смерть.

– Господа! – презрительно сказал Баррас. – Имею честь повторить вам, что мне приятнее было бы сейчас познакомиться с вашими кинжалами. Эти громкие фразы, как и ваше напыщенное и ложное правосудие, утомляют меня в высшей степени.

Замаскированный продолжал:

– Однако для вас есть способ искупить вину.

– Неужели? – с насмешкой спросил директор.

– Хотите возвратить Францию королю?

– Господа! – холодно сказал Баррас.

 – Я думаю, что вы мне предлагаете условие…

– Может быть.

– Посмотрим! – иронически сказал директор.

– Король Людовик XVIII сделает графа де Барраса мэром Франции и генерал-лейтенантом королевства.

– Еще что?

– Он назначит ему из своей казны пенсию в триста тысяч ливров.

– Сумма недурная! – с насмешкой сказал Баррас.

– И сделает его герцогом.

– Очень хорошо. Но, чтобы заслужить все эти милости, что должен сделать я?

– Возвратить Францию королю.

Баррас молчал с минуту, и это молчание заставило забиться надеждой все сердца. Но надежда эта была недолгой, потому что директор сказал:

– Господа! Я очень признателен моим старым друзьям, что они вспомнили обо мне, но я еще более признателен моей совести, что она не оставляет меня в подобную минуту.

Эти слова возбудили ропот, и директор прибавил:

– Вы хорошо сделали, господа, напомнив мне, что я был дворянином, потому что дворянин не изменяет своим клятвам.

Я поклялся в верности Республике. Франция вручала мне власть, отняв ее у людей, обрызганных кровью. Я не изменю Франции!

Эти слова произвели сильное впечатление на замаскированных. Но Баррас, возвысив голос, продолжал:

– Не я, Франция должна решить, следует ли переменить порядок дела. Вы вероломно похитили меня, вы привезли меня сюда, вы употребили всевозможные способы обольщения, прежде чем перешли к угрозам; я неподкупен для одних, я презираю другие.