Маргарита Валуа: Прелестная ювелирша. Любовница короля Наваррского

 – Пусть я лишусь чести зваться Амори и пусть мой отец, сир де Ноэ, будет объявлен человеком дурного происхождения, если вы уже целый час не сгораете желанием, чтобы я произнес имя Коризандры, графини де Граммон!

– Ноэ, Ноэ! – пробормотал брюнет. – Ты самый отвратительный доверенный на свете! Ты беззаботно кидаешься именами, которые может подхватить придорожное эхо, а ведь надо же знать, какой тонкий слух у ревнивых мужей!

– А вот тот пункт, к которому именно и хотел прийти я! – сказал блондин.

– То есть как, чудак? Ты хотел бы…

– Я хотел бы, чтобы вы согласились, что вы чересчур отважны, Анри!

– Ну вот еще!

– Два раза нам повезло: один раз вы притаились за занавесом, когда граф неожиданно зашел к жене, а в другой раз вы провели ночь на ветвях ивы…

– Ну что же, это было летом, и я на славу выспался!

– Да, но вы должны знать, что граф, который так же уродлив, как ревнив, прикажет убить вас из-за угла, если у него не хватит решимости всадить вам кинжал в сердце своей рукой!

– Милый Ноэ, – сказал брюнет, – разве тебе не приходилось читать сказки моей бабки, Маргариты Наваррской?

– Конечно да.

Ну и что?

– Там имеется одна сказка, в которую вложена интересная мысль о любви. «Любовь, – говорит Маргарита Наваррская, – это очаровательная страна, пока туда приходится добираться трудной, крутой, полной препятствий и капканов дорогой. Но в тот день, когда туда удается проложить отличную прямую дорогу, она превращается в несимпатичную местность, лишенную притягательной силы».

– Вот уж, признаться, я не совсем понимаю это, – наивно сказал Амори де Ноэ.

– А я сейчас разъясню тебе это, – сказал брюнет, пришпоривая коня. – Моя бабка пользовалась риторическими фигурами, чтобы сказать следующее; трудная, крутая дорога – это, видишь ли, ревнивый муж, окно, открывающееся только в полночь, кинжал наемных убийц, поджидающих нас в темном углу, ночь, проведенная верхом на ветви ивы.

Ну а хорошо наезженная, большая дорога – это отсутствие всего перечисленного мною: это возлюбленная, которую навещаешь среди бела дня, спокойно оставляя лошадь у дверей, возлюбленная, которая без всякого страха называет тебя своим милым и охотно отдает то, что гораздо приятнее украсть!

– А вы, значит, не любите наезженных дорог?

– Я? – презрительно сказал брюнет.