Плен моей души

У выхода расположились двое мужчин в черных с белой рубашкой костюмах, а их галстуки, казалось, душат охранников, и те вот-вот закашляются, упав на пол. Я даже была готова ждать, когда это случится, но ведь сразу понятно, что ничего и не произошло бы. Единственная странность – мое разбушевавшееся воображение. Закрыв дверь обратно, я начала придумывать, как бы отвлечь мужчин. Другой путь наружу мне заказан, поэтому необходимо что-то предпринять.

Адам убьет меня, если узнает, что я пыталась бежать, а меня поймали.

Или же сделает что еще хуже… Но ведь я все-таки человек, и у меня имеется чувство собственного достоинства. Я личность, которая хочет и имеет полное право руководствоваться только своими решениями. Жить так, как я считаю нужным, и заниматься тем, чем захочется именно мне. Но Адам не понимает этого. Уже давно. Я стала рабыней дорогущего особняка… Его украшением.

Я быстрым шагом влетела на кухню и подожгла газовую плиту. Мне нужен дым. Выворачивая чуть ли не наизнанку ящики в поисках какой-нибудь бумаги, я наткнулась на журнал полуторагодовой давности, на обложке которого вовсю красовался Адам.

Под его фото было сказано, что чуть ли не самый завидный жених города берет в жены свою подругу. Изданию Адам дал эксклюзивное интервью, в котором рассказал о нашей «безумной любви». Мне прямо-таки захотелось плюнуть в лицо лживому «другу», но в таком случае бумага не загорится. А использовать я решила именно ее.

Поднеся глянцевые страницы к открытому огню, держала их так до тех пор, пока пламя не охватило бумагу почти полностью, а затем бросила на плиту, заранее отключив газ – я не собиралась взрывать дом.

Помещение заполнил густой едкий дым, из-за которого у меня в горле жутко запершило, и я закашлялась. Тут же раздался противный писк автономного пожарного извещателя Журнал, правда, к данному времени уже полностью сгорел, потому я наскоро собрала пепел и выбросила его в мусорное ведро. Послышался топот шагов – значит, сейчас выход никто не охраняет.

Я сломя голову кинулась в обход гостиной, через которую путь короче, и понеслась в коридор сквозь столовую.

Огромная дверь… Она прямо передо мной. Я вытянула руку и взялась за ручку, чтобы распахнуть ее…

За ней стоял Адам, скрестивший руки на груди. Он исподлобья смотрел на меня, клацая отбеленными зубами.

– Куда-то собралась, сладенькая? – процедил он сквозь эти самые зубы.

Мой мир рухнул.