Плоть

– Мне хотелось своими глазами увидеть, соответствует ли реальная женщина обещанию, данному изображением. – Все еще держа полы фрака распахнутыми, Ритчи медленно и сладострастно провел указательным пальцем по позолоченному краю карточки. – В самом ли деле вы являетесь сиреной.

Придя в ужас от предложения, которое Ритчи неминуемо ей сделает, Беатрис чувствовала восхитительное, но тревожное напряжение внизу живота.

«Кажется, я сошла с ума, – подумала она. – Я встретила этого мужчину несколько минут назад, а он уже успел превратить меня в помешанную».

– Джентльмену не пристало приносить подобные вещи на светский прием. – Беатрис в упор посмотрела на своего собеседника, хотя внутри у нее все плавилось, как десерт на жаре. – У джентльмена вообще не должно быть таких вещей!

На мгновение Ритчи прикусил нижнюю губу белоснежными зубами, все еще лаская край карты. В глазах его мерцали звезды, которые, похоже, кружились под звуки вальса, исполняемые в бальном зале.

– А леди не стала бы позировать для этих карточек.

Все верно, леди не пристало вести себя как неосторожной дурочке и уступать домогательствам своего жениха, не контролировать себя, перебрав шампанского или совершать что-либо еще, столь же легкомысленное, но соглашаться с Ритчи Беатрис не собиралась.

– Туше, мистер Ритчи. – Она попыталась представить стальной стержень, расположенный вдоль ее позвоночника и призванный уравновешивать планшетку спереди корсета. Только эта жесткая конструкция и могла сейчас удержать Беатрис от растекания под его жарким взглядом.

 – Но боюсь, эти снимки являются всего лишь результатом несчастливого и неправильного стечения обстоятельств. С моей стороны то была ошибка в суждениях, которую я пытаюсь исправить. – Она выдержала паузу, подготавливая себя к величественному уходу. – Надеюсь, что свет также сочтет возможным предать забвению мой неосмотрительный поступок и оставит его в прошлом, где ему и положено находиться.

Развернувшись, Беатрис хотела было удалиться, но Ритчи удержал ее. Он схватил ее за плечо в самом уязвимом месте между отворотом длинной перчатки и сшитым из французской ткани рукавом ее платья с монограммой.

Обнаженная кожа его ладони коснулась обнаженной же кожи ее руки. В промежутке между моментом их знакомства и нынешним мгновением Ритчи успел снять белые вечерние перчатки. Кончики его пальцев обжигали Беатрис, точно раскаленное железо.