Тантра, переданная шепотом

Когда он снова на одной волне с Пемой, он чувствует себя расслабленным и спокойным. Он идет глубже и глубже в связь. Он замечает легкую боль внизу живота и одновременно видит образ крови. Но все происходит в спокойном, живом состоянии. Он чувствует, что все в порядке, что нет причины бояться, беспокоиться или паниковать. Он все еще не вполне уверен, следует ли ему по-настоящему доверять своим чувствам, но каким-то образом он доверяет. Он вспоминает, сколько любви он ощутил в то мгновение, когда она взяла его руку.

«Если бы она была ранена или на грани смерти, я бы точно это почувствовал», – думает он.

Чандра проводит весь день, сидя, дыша в свое сердце, чтобы не быть пойманным в ловушку паники своего ума.

Вечером Лила отвлекает его от мыслей. «Чандра, ты мечтаешь!» – смеется она.

Он открывает глаза и улыбается. Она ставит тарелку с едой в сторону и берет левую руку Чандры. Она улыбается, и по этой улыбке Чандра понимает, что она знает, что это такое.

«Что случилось?» – спрашивает она.

«Когда я принес еду сегодня утром, она оставила эту кровь у меня на руке».

Лила берет чашу с рисом и высыпает его на тарелку. Она берет бутылку с водой Чандры, держит его левую руку над чашей и споласкивает водой его левую руку. Вода, красная от высохшей крови, стекает в чашу. Лила поднимает чашу и передает ее Чандре.

«Это лунная кровь. Пей ее!» – говорит она властным тоном, что удивляет Чандру. Чандра смотрит на красноватую воду в чаше с отвращением, которое не может скрыть от Лилы.

«Пей!» – говорит она снова, в этот раз по-настоящему в порядке приказа. Чандра парализован. Он смотрит на Лилу в страхе, отчаянии и замешательстве.

«Пей!» – кричит она на него. Чандра никогда не видел ее такой. Она всегда была милой и любящей.

«ПЕЙ!» – снова кричит она. Чандра берет чашу и подносит ее близко к своим губам.

«Пей с благодарностью, с любовью», – говорит Лила, теперь любяще.

Чандра закрывает глаза и медленно позволяет красноватой воде течь в его рот и вниз по горлу.

Он чувствует, будто жидкость поступает не в желудок, а прямо в сердце. Его охватывает глубокое чувство святости, словно он пьет божественный эликсир. Когда он открывает глаза и передает пустую чашу Лиле, слезы благодарности струятся по его щекам.

«Милый, если ты отвергаешь что-то от своей внутренней женщины, если ты отвергаешь часть себя, как ты можешь стать целым, стать единым? Если ты отвергаешь что-то от своей внутренней женщины, ты остаешься разделенным.