Двенадцать ликов Вселенной: АДминистрация

– Нет, Вы злитесь, злитесь каждый раз, когда я делаю что-то не так, я всего лишь хочу, чтобы вы мною гордились, чтобы Вы мне помогли, но, как бы я ни старался, я не могу стать как Вы.

– Тебе не нужно быть как я, у Тебя есть свой стиль, Ты просто должен его отточить. Не надо говорить о себе плохо. Я действительно не злюсь. Ты молодец, Ты делаешь большие успехи. Да, есть пара ошибок, но это мелочи.

Опять она врёт, пусть просто скажет правду. Мефу надоело всё это. Надоело, что такая женщина как она испытывает к нему жалость.

– Пожалуйста, просто скажите уже наконец правду: вы меня ненавидите.

– Меф, перестань, пожалуйста! Я не знаю, что с Тобой происходит последние дни, Ты должен успокоиться и прийти в себя!

– Я как раз пришёл в себя, и хочу взглянуть правде в глаза. Что толку от того, что я делаю? Я не верю в то, что я делаю. Я думал, работа адвоката – помогать людям, но всё не так. Почему адвокаты и такие как Метфов находятся по одну сторону закона, они ведь делают разные вещи?

– Опять этот Метфов! Что Ты прицепился к нему?

– Эта сволочь за пачку денег на всё пойдёт, любого преступника отпустит.

И в чём тогда закон? В суде ведь творится то же самое: нечистых на руку полно, и они решают, кто виновен, а кто нет. И постоянно выдумывают правила из пальца, как тот бесполезный закон про снижение числа незаконнорождённых детей.

– Метфов ни чём не виновен. И хватит, мне надоело уже обсуждать это!

Меф уже не слушал, он полностью завёлся, он хотел ей высказать всё, что накопилось у него за этот год: «Нет, он конченная сволочь, а вы продолжаете ему верить, как Дигиталесу! Сегодняшний суд, как и тот с Дигиталесом, был подстроен им, тот человек был виновен!».

– Чего Ты взъелся на него? Улик всё равно было недостаточно.

– Нет, их было достаточно, и Вы это знаете, он сфальсифицировал всё за лишнюю пачку денег. И я с самого начала говорил, что Дигиталес виновен, а вы не верили, но теперь-то правда известна!

– Никто тогда не знал об этом, и Ты в том числе не мог точно это доказать, об этом бессмысленно говорить.

Я верю закону и тому, что он говорит.

– Да, так оно и есть. Но теперь это действительно не важно, его больше нет, его никогда не найдут.

– Когда-нибудь его найдут, – на секунду она задумалась, – что значит: его больше нет?

Он сболтнул лишнего, она может обо всём догадаться, но это уже не важно.

– Просто его больше нет, я знаю это, он получил по заслугам.