Путь домой

Я рванулся прямо через плоскую голограмму к управляемому окну, так как подумал, что там, в воздухе за мной наблюдает видео стрекоза и сбилась или закончилась лента воспроизведения. Я вгляделся в пространство. В небе по рассеивающемуся туману плавно плыл чей-то пассажирский жук. Это он издавал красно-синее свечение, которое через смог казалось каким-то близким. Я проверил картинку внешних телевизоров окон. В комнате никого не было, а на ковре, прямо до потолка красовались общее изображение этой чужой для меня галактики, только в объемном режиме.

Мне нравится иногда вставать прямо внутрь этого зрелища или садится на пол с чашкой чая или кофе и просто любоваться этой картиной. Я вернулся к программе радиотрансляции. Передача была завершена. Свернув дисплей, я пошел на кухню готовить ужин.

Проснувшись в занимающейся заре, я долго наблюдал за бродившими в голове спутанными мыслями, пока не осознал, что смотрю на перевалившую через шестую цифру часовую стрелку, а значит надо собираться для выхода из дома, назначенного на половину восьмого, ровно за 60 минут до начала учебно-трудового дня.

Добравшись через обычные утренние процедуры, включающие умывание, одевание, завтрак и рассматривание себя в зеркале, до времени «Ч», я обулся в недавно купленные, модные сейчас кроссовки с электромагнитным дном подошвы, способные зависать на некоторое время в воздухе. Человека поднять они не могли, но выглядело это интересно, когда в прихожей, ради забавы, включишь эту функцию. Вообще в этом мире было много интересных вещей, которых ещё не знали у меня дома: кружки, самостоятельно кипятящие воду; сигареты, вместо травяного дыма, выдающие холодный водяной пар; специальные растворы, делающие из несъедобных вещей пригодные для пищеварения продукты; генетически трансформированные деревья круглой формы, внутри которых некоторые люди делали себе жилища, – не говоря уже о роботах, имеющих такие же гражданские права, как и все. На планетах серого эфира, или, как мои сородичи говорили – серой субсистеме, существа с искусственным интеллектом тоже были частью общества, но в зависимом и подчиненном состоянии. Только в отличие от местного положения вещей, у нас было больше разновидностей их биопринадлежности. Часть делалась, как и здесь, из металла и тканей живого мира со вшиваемыми процессорами программно-поведенческого разума. Такие модели выполняли низкоквалифицированную работу, вроде грузчиков, мусорщиков, дворников и так далее.