Христиане

На крик Ирины, вслух назвавшей имя священника, почему-то откликнулось несколько голосов, причём с разных сторон…

Отец же Андрей, забыв от волнения о своей группе, довольно уверенно шёл по лабиринту, который с каждым шагом становился всё уже и ниже. Приходилось идти вприсядку, отчего его дыхание становилось всё более прерывистым и шумным. Свежий воздух исчезал по мере углубления, а жаркий пот предательски застилал глаза. Отец Андрей еле различал впереди бегущие огоньки, а другого света и вовсе уже не было.

Но бросить это преследование он уже никак не мог!

И тут вдруг его ослепила яркая вспышка, как будто молния прошла сквозь землю и взорвала тишину катакомб…

Глава 2. 36 часов назад…

Рим совсем неохотно встречал новых гостей, закрыв красоты древнего города сплошной облачностью, сквозь которую и пробивался самолёт из Киева с нашими героями на борту. В салоне чувствовалось волнение. С каждой сотней метров приближения к земле пассажиры понимали, что вполне вероятна экстренная посадка, потому что сквозь серые и дождевые облака земли совсем не было видно.

Но самолёт уверенно пробивал толщу небесных осадков. Борясь с ветром и дождём, он слегка покачивал своими алюминиевыми могучими крыльями и равномерно снижал скорость, чтобы совершить единственно правильный манёвр в этих условиях. И только когда самолёт коснулся задними шасси посадочной полосы и опустил свой нос, кланяясь земле, словно благодарил её за приём, большинство пассажиров вздохнуло с облегчением, а часть самых эмоциональных – захлопали в ладоши, как будто выиграли важный и ценный приз.

Отец Андрей перекрестился, поблагодарил Бога за удачный перелёт и, как всегда с ним бывает в таких случаях, слегка возмутился этим странным аплодисментам. Ведь больше никто, кроме «наших» людей, в мире не хлопает при посадке, какой бы простой или сложной она не была.

«А тут, однажды, – вспомнил священник, – хлопали даже при взлёте!»

Это уже было совсем перебором в проявлении необузданных эмоций! «Откуда это в нас?!» – немного раздражённо подумал священник, но тут же осудил себя за такие мысли и углубился в размышления о предстоящем паломничестве по Риму.

Он совсем не собирался в эту поездку и даже не думал когда–либо побывать в столице Италии. Хватало своих дел и забот, но тут как всегда в последнее время, в его спокойную и размеренную жизнь вмешался друг детства и тоже священник – отец Александр2.