Ворон ворону глаз не выклюет. Том III

– Моя команда была не сборищем головорезов, а профессионалами, которые решали любые спорные вопросы. Услугами «Сизого всполоха» обожали пользоваться торговые гильдии Вердестта, не было лучших исполнителей их вечных интриг, чем мы.

– По мне, так головорезами вы и были.

– Как вам угодно, – Лафайетт поджал губы с таким видом, словно великодушно прощал оскорбление. – В любом случае нужен был кто-то, кто умеет вести переговоры с ушлыми заказчиками, заключать выгодные контракты, обеспечивать команду всем необходимым.

Именно таким человеком и был ваш покорный слуга. Я предпочитаю пачкать руки чернилами, иногда ядом – но не кровью.

Резкий грохот заставил всех вздрогнуть: Якоб треснул рукой по столу с такой силой, что фигурки улетели с доски на пол. Лиховид похлопал его по плечу, приговаривая: «Да не переживай тако, зато на настоящей битве я бы никогда не рискнул с тобой бодаться», а сам едва сдерживал ухмылочку. Его долгие раздумья над комбинацией прошли не зря.

Пока Якоб мрачно расставлял рыцарей по местам, Лафайетт предложил Виктору присоединиться к их игре.

Кажется, это был первый раз, когда Курьеры пригласили составить им компанию. Виктор покачал головой. Для него эти люди – неизбежный придаток к силам Кэйшес, не более того.

– Забей, Лаф. У новичка оченно аристократичная задница для игр простого люда, – Лиховид заливисто смеялся, довольный своей шуткой, пока его не дёрнули за куцый хвост с такой силой, что лицо задралось кверху.

– Я не расслышал. Повтори, – Виктор давил на степняка взглядом и всё сильнее тянул за хвост, грозя его оторвать.

Лафайетт охнул: «Прекратите немедленно!», Якоб молча встал с места, готовый усмирить всех силой, если придётся, но Виктор уже разжал руку. Перепуганные глаза Лиховида ясно сказали, что намёк понят.

До Дня основания хватало времени, чтобы как следует подготовиться к заказу. Для начала Виктор стал приходить в Ахеронскую академию под видом слушателя. Раньше, когда он вглядывался в статуи Квадранты и окружающую их строгость геометрических форм, его разум сам приходил к порядку.

Теперь эта вездесущая символика начала раздражать. Помнится, София тоже кривилась от ромбов, когда оказалась под влиянием Скорбящего палача. «Геометрия – отражение непреложности законов», как пишут в учебниках. Может, именно поэтому так и хотелось внести хаос в порядок линий.

За свои визиты Виктор успел многое разузнать: например, где чаще всего можно наткнуться на прислугу, а где и днём народа практически не бывает.