Алхимия наших душ

Мы с братьями и сестрами с удовольствием понаблюдаем за этим.

Смерть исчезла, отвивав после себя легкую прохладу. Лючия хмыкнула и подкинула вверх свиток, который, как и Смерть, растворился в воздухе.

– Выходит, нами играют высшие силы, – задумчиво пробормотала Эмили. – Мы всего лишь пешки, которые они двигают туда, куда хотят.

– Это называется «судьба», – подала голос Лючия.

– И я хочу ее изменить, – решительно произнесла Эмили, сжав ладони в кулаки. – Они слишком жестоки со мной и Аленом.

– По крайней мере тебе дали шанс на прощение, – заметила Лючия.

– Я им никогда не воспользуюсь. Найду другой выход, вот увидишь.

Лючия грустно улыбнулась. Она смотрела на Эмили с сочувствием. В черных глазах сквозила древность.

Достав что-то из кармана в юбке, Лючия подошла к Эмили и протянула ей серебряную подвеску с прахом Алена.

– Ты ее сохранила… – с благоговением в голосе прошептала Эмили.

– Добро пожаловать в ряды жнецов смерти. И… – Лючия замолчала, сжав губы, а потом на выдохе произнесла: – …удачи тебе.

***

Первый визит Эмили в мир живых состоялся в 1455 году. За пятьдесят два года во Франции мало что изменились: сраной все так же правили Валуа, а столица по ночам была все такой же темной и опасной. Разве что закончилась, наконец, Столетняя война, в которой победила Франция.

Оказавшись в Париже, Эмили в первую очередь стала искать свой дневник. Он оказался у старого прево, который участвовал в расследовании обстоятельств ее смерти.

Первые несколько месяцев ничего не происходило. Эмили ловила заблудших душ и отправляла их в мир мертвых. Задача эта была не сколько трудной, сколько хлопотной. Париж кишел обезумевшими душами, которые пугали смертных и доводили их до белого каления. Эти призраки обладали некой силой и оказывали сопротивление.

Однажды ранним утром, когда небо только начало светлеть, Эмили вернулась в свою квартиру, которую снимала недалеко от Лувра, и увидела на полу возле двери конверт. Видимо, кто-то сунул его под дверь этой ночью.

Заинтригованная, Эмили вскрыла конверт и обнаружила в нем документы на дом. Тот самый, в котором располагалась мастерская месье Фламеля.

Никакого письма с пояснением в конверте не было. Лишь связка из трех ключей и дарственная, в которой было сказано, что Николя Фламель завещает здание на бульваре Пале Эмили Бошен, датированная годом его смерти.

– Но как? – пробормотала Эмили, не понимая, кто мог принести письмо.