Дракон и Феникс

– Не показывай своего недовольства, – шепнула ему девушка. – Сделай вид, что ты скорбишь.

Юну захотелось скривиться еще больше, но, взглянув на суровое лицо Фанга, последовал совету Минчжу.

Спустившись по ступеням императорского дворца, евнухи опустили гроб на катафалк и понесли его к южным воротам Запретного города.

Мавзолей, который покойный император Чжу Юаньчжан начал строить еще при жизни, располагался на юго-западном склоне лесистой горы Цзыцзиньшань, недалеко от городской стены Нанкина. Его строительство еще не было завершено, но, несмотря на это, здесь уже была похоронена любимая жена императора, которая покинула его почти двадцать лет назад.

Вся дорога к мавзолею была посыпана желтым песком, а по ее обочинам стояли, подобно живой стене, солдаты. За их спинами галдели толпы зевак, которые пришли посмотреть на похороны императора. Возглавлявший похоронную процессию Юн то и дело слышал со всех сторон разные шепотки: кто-то оплакивал императора, кто-то проклинал его и весь его род, кто-то благословлял наследника, а кто-то желал ему скорее последовать за дедом в могилу.

Цюань с самого утра не проронила ни слова и, кажется, даже не слышала, о чем переговаривается народ. Фанг, шедший по правую руку принца, тоже слышал эти шепотки и крепко сжимал в руке меч. Минчжу шагала рядом с Фангом и была такой бледной, что, казалось, вот-вот упадет в обморок. Оба юноши все утро отговаривали ее от участия в похоронной церемонии, но девушка наотрез отказалась остаться во дворце. Так что, помимо безопасности принца, Фанг еще и следил за состоянием подруги и был готов в любой момент подхватить ее на руки.

За друзьями, выстроившись в четыре ряда, шли сыновья покойного императора вместе со своими женами и детьми. Ни с одним из них Юн и словом не обмолвился за время, что они гостили в Запретном городе. Он понимал, что этим выказывал свою нерасположенность к ванам, но лебезить перед каждым из дядьев, улыбаться и подливать им вино в чашки принцу совсем не хотелось. Да и зачем снова пытаться склонить их на свою сторону, если половина из них предана Чжу Ди, а остальные просто предпочитают сохранить нейтралитет, спокойно отсиживаясь в своих уделах.

Юну вдруг страшно захотелось повернуться к ним, высунуть язык, снять тяжелый траурный халат и сбежать отсюда со своими друзьями куда-нибудь подальше, где никто бы их не нашел. Минчжу бы такой поступок одобрила, а Фанг сначала начал бы возмущаться, а потом все равно принял бы их сторону.