Дракон и Феникс

Всю ночь лил дождь, капли монотонно стучали по периллам балкона, и я то и дело просыпалась от этого звука и подолгу не могла снова уснуть. Поэтому, когда запищал будильник, я с трудом смогла открыть глаза.

– Если дождь не кончился, никуда не поеду, – пробурчала я, без энтузиазма вылезая из-под одеяла.

Подойдя к окну, я раздвинула шторы и ойкнула. Летнее солнце светило так ярко, что мои неотдохнувшие после плохого сна глаза тут же заслезились.

– Окей, – согласилась я, снова зашторивая окна.

Тихо собравшись, я на цыпочках спустилась в кухню и наскоро перекусила остатками вчерашнего ужина. Будить отца так рано не хотелось, поэтому я написала для него записку и, повесив ее на холодильник, вышла из дома и зашагала по залитой солнечным светом дорожке.

До Нанкина путь был неблизким, но я мужественно перенесла утомительную дорогу. Все же мы с мамой четыре года подряд ездили из Москвы в Питер на автобусе, не имея средств для более комфортного путешествия.

К вечеру я вполне благополучно добралась до Нанкина и, потирая затекшие мышцы на спине, пошла в гостиницу, где еще до своего приезда в Китай забронировала номер на ночь.

Потихоньку смеркалось. Страшно хотелось есть – живот урчал так громко, что на меня даже оглядывались прохожие, поэтому я принялась искать какое-нибудь приличное кафе или хотя бы продуктовый магазин. Рядом с гостиницей увидела небольшой ресторанчик, но заходить туда сразу же передумала: все столики были заняты, а снаружи на пластиковых стульях сидело еще больше людей, скрашивая часы ожидания лязганьем семечек.

Выпросив у добродушной на вид женщины горсть семечек, я оставила ресторан позади и направилась прямо в гостиницу. Закажу еду там, если получится. Кроме того, в сумке у меня оставалась еще пачка печений и бутылка воды. Голодной не останусь.

В маленьком, но уютном номере, пахнущим хвойным освежителем воздуха, я первым делом поставила телефон на зарядку и, приняв душ, принялась изучать в Интернете историю Нанкина.

Да-да, именно своими глазами. Как? Очень просто. С помощью сферы времени, которая лежала в моей косметичке. Вот уже несколько лет я берегла ее как зеницу ока, пряча ото всех, кроме папы. Он единственный знает правду о том, чем я занимаюсь.