Семь мармеладных поцелуев

Сегодня Тирекс отменил для себя обед, а значит, мы тоже остались без него.

– Это мерзко и некрасиво, – заметила я, доедая батончик, который слишком быстро закончился.

– В мире бизнеса никто не придает этому значение. – Никита тоже доел совой батончик и, смяв упаковку, выбросил ее в мусорное ведро. – Кстати, ты идешь на сегодняшнюю вечеринку?

– Планировала, – со вздохом ответила я. – Но боюсь, что Ларский завалит работой…

– Пусть только попробует! – раздался над нами голос моей подруги.

Я вскинула голову, улыбнулась и помахала Кате.

– Анька просто обязана пойти на эту вечеринку. Когда еще она сможет поесть канапе с черной икрой, фуа-гра и всякие дюплофе?

– Дефлопе, – кашлянув в кулак, поправил ее Никита.

Девушка скривила свои пухлые губы и фыркнула. Никита потупился, поправляя очки.

– В общем, я надеюсь, что тебя не завалят работой, подруга. Если что, звони мне.

Говорит так, будто Тирекс ее лучший друг.

Взглянув на часы, Катя попрощалась с нами и поспешила к себе.

Работы было много у всех, но все старались быстрее ее выполнить и попасть на вечеринку Галины Демидовой. Неужели там так здорово?

Карман Никиты завибрировал. Он достал телефон и принял вызов. Долго слушал собеседника, а затем спросил:

– И долго это будет длиться?

Ответ ему не понравился. Подольский скривился.

– Ладно, я тебя отвезу и заберу. Ты, кстати, купил подарок тете? … Может, тогда я? … Ок, понял … Аня? – Никита посмотрел на меня, а я удивленно посмотрела на него. – Да, она хочет пойти.

Не нагружай ее. Хорошо, передам. – Отключив вызов, Подольский сказал: – Будет тебе бал, Золушка. Скажи спасибо фее-крёстной.

– Чего? – не поняла я абсолютно ничего.

Никита закатил глаза, поправил очки и пояснил:

– Отпросил я тебя у Ларского. Сказал, чтобы не нагружал тебя работой.

– А это ты сейчас так с Ларским разговаривал?

Подольский ничего мне не ответил. Поднявшись с дивана, он велел мне возвращаться в приемную, а сам зашел в кабинет директора по маркетингу.

Позже, когда мы с Катей вышли нарядные из ее квартиры и поймали такси, я рассказала ей о странном телефонном разговоре между Никитой и Ларским. Подруга ни капли не удивилась и пояснила, что эти двое – лучшие друзья.

– Серьезно?! – чересчур громко выкрикнула я. Прикрыв рот ладонью, тише произнесла: – Как у Ларского вообще могут быть друзья?

– Ну, по крайней мере один есть. Они с Подольским знакомы со школы. Даже вместе стажировались заграницей.