Странник 1. Скользящий

Пацан задумался, затем хитро заулыбался и подмигнул мне, от чего я непроизвольно поежился.

– Пойдем, – он дернул за веревку и куда-то меня потащил.

Всхлипывая, едва передвигая ноги, я поплелся следом. Сердце учащенно билось в груди, внутри все сжалось, стало ужасно страшно.

Мы вышли из деревни и вскоре вошли в какой-то отдельно стоящий большой сарай посреди леса.

Поставив меня по центру, он отошел в сторону, снял с себя все лишнее, оставил лишь кинжал за поясом, и внезапно поинтересовался:

– Сильно устал?

Шмыгнув носом, я кивнул.

– Правда?

Я вновь кивнул.

– Вижу, весь дрожишь, это хорошо. Зачем тебя вот так сразу убивать, поживи немного, прежде чем умрешь, мы немного поиграем. – Пацан принялся что-то искать в сарае.

Его коварная улыбка мне ужасно не понравилась. Как можно быть таким жестоким и бесчеловечным, он ведь ненамного старше меня? Парень упивается своей властью, ему нравиться мучить и издеваться, что он задумал? Что значит поиграем?

Откуда-то сзади он притащил чурбак, на котором рубят дрова и поставил его рядом со мной.

Не торопясь, развязал руки. Я застонал, осторожно трогая сильно болевшие, посиневшие и натертые до крови запястья.

– Раздевайся, – приказал он.

Оторопев, я замер, удивленно на него глазея.

– Ну чего зыркаешь, скидывай одежду, говорю. Она дорогая, добротная, еще пригодится, продам где-нибудь. – Не дожидаясь, пока я начну снимать все с себя, сам быстро принялся меня бесцеремонно раздевать. Вскоре, оставшись голым, я смущенно прикрылся руками.

Он убрал мои вещи к себе в мешок и вернувшись, зашел мне за спину.

– Руки давай, – я не шевелился.

Пацан не стал повторять, схватил одну руку, рывком завел за спину, затем вторую. Сложив их, туго стянул веревкой, она впилась в запястья, да так, что я заверещал от боли, переступая ногами.

– Ничего, потерпишь, – он злорадно улыбнулся.

Я прикусил от боли губу, пальцы на руках тряслись.

– Вставай, – приказал парень, показывая на деревяшку.

– Зачем? – Мои глаза в ужасе расширились.

– Вставай, сказал, – процедил он сквозь зубы.

Я задергался, зарыдал в полный голос, быстро осознав, что он собрался делать.

– Не надо, пожалуйста, не надо, не делай этого. Пожалуйста, прошу тебя, – запричитал я.

Но ему на мои слова было плевать, даже доставляло удовольствие видеть, как трясусь от страха.

Парень потянулся к кинжалу. Завывая, я поставил на чурбак трясущуюся ногу.

Сам не смог подняться, пришлось ему меня подтолкнуть.