Везде чужая

Соня уже собиралась извиниться, подумав, не слишком ли требовательно прозвучала её просьба, когда он всё-таки отозвался:

– Не уверен, что кто-нибудь из наставников согласится принять тебя в свой класс. Впрочем, твоё пожелание я передам.

– Почему меня могут не принять? – обеспокоенно поинтересовалась Соня, отчаянно желая не упустить шанс наладить жизнь. – Если нужно, я могу… не знаю… выполнять взамен какую-нибудь работу…

– Только не вздумай повторить это в школе, – посоветовал спутник. – Никого, кроме соседей по комнате ты своим предложением не впечатлишь, а вот те от прислуги не откажутся.

Соне показалось, что на этот раз в его голосе прозвучало что-то похожее на зарождающееся расположение, и она вздохнула с облегчением, понадеявшись, что может рассчитывать на поддержку.

Соня хотела бы расспросить ещё о многом, но они уже въехали во двор опасно возвышающегося на самом краю обрыва неприступного замка. Соня скорее посчитала бы его военной крепостью, чем заведением, в котором кто-то может учиться, однако судя по всему, ей предстояло остаться именно здесь.

– Не отставай, – поторопил её спутник, не давая времени осмотреться.

Соня послушно пошагала следом, невольно морщась от тянущей боли в мышцах – после мучительной верховой езды каждое движение давалось с трудом. Вопреки её ожиданиям, внутри замок вовсе не оказался мрачным. Просторные залы и коридоры были залиты светом, проникающим через многочисленные цветные витражи.

Когда Соня уже окончательно запуталась в бесконечных галереях и переходах, её сопровождающий наконец остановился возле одной из дверей.

– Подожди здесь, – коротко распорядился он, пропуская Соню в комнату и тут же закрывая за ней дверь.

Девушка почти неосознанно подёргала ручку, убеждаясь, что оказалась заперта. Она тяжело вздохнула, убеждая себя не волноваться. Ей бы тоже не захотелось впустить в свой дом незнакомца и оставить без присмотра, так что в подобном обращении вряд ли было что-то странное.

Судя по обстановке, её привели в чей-то кабинет. После бушующего повсюду буйства красок царящие здесь строгие серые тона казались непривычно спокойными, даже умиротворяющими.

Соня медленно прошлась вдоль стеллажей, на которых в кажущемся беспорядке теснились сотни книг, бумажных свитков и непонятных предметов, которых ей раньше не доводилось видеть.